Создатель ВДВ


В День ВДВ вспоминаем Василия Маргелова, «дядю Васю». Благодаря ему, воздушно-десантные дивизии превратились в элитные войска, способные за ночь «перекроить» карту Европы.

Первые успехи

Василий Филиппович Маргелов был призван в Красную Армию в 1928 году. Еще до начала Второй мировой он проявил себя во время Польского похода, советско-финской войне. Но, пожалуй, именно во время Великой Отечественной войны он раскрылся как выдающийся командир. Чего стоит одна сдача без боя «советскому Скорцени» (как называли его немцы) дивизий танкового корпуса СС «Мертвая голова» и «Великая Германия» 12 мая 1945, которые было приказано не допустить в зону ответственности американцев. Загнанный в угол враг способен на многое – терять уже нечего. Для эсесовцев расплата за злодеяния была неминуема, неизбежны были и новые жертвы. А приказ стоял четкий – пленить или уничтожить.

Маргелов пошел на решительный шаг. С группой офицеров, вооруженных пулеметами и гранатами, комдив в сопровождении батареи 57-мм пушек на своем «виллисе» прибыл к штабу группировки. Приказав комбату установить орудия прямой наводкой на штаб врага и стрелять, если не вернется через десять минут.

Маргелов предъявил немцам ультиматум: Либо они сдаются и им сохраняют жизнь, либо полное уничтожение с использованием всех огневых средств дивизии: «к 4.00 утра — фронт на восток. Легкое вооружение: автоматы, пулеметы, винтовки — в штабеля, боеприпасы — рядом. Вторая линия — боевая техника, орудия и минометы — жерлами вниз. Солдаты и офицеры — строем на запад». Время на раздумья – всего лишь несколько минут: «пока догорает его сигарета». Нервы немцев дали трещину первыми. Картина капитуляции эсесовцев была потрясающей. Точный подсчет трофеев показал следующие цифры: 2 генерала, 806 офицеров, 31 258 унтер-офицеров, 77 танков и САУ, 5847 грузовых машин, 493 грузовых, 46 минометов, 120 пушек, 16 паровозов, 397 вагонов. За этот военный подвиг, на параде Победы Маргелову доверили командовать сводным полком 2-го Украинского фронта.

«Вряд ли домой вернешься»

В 1950 году Маргелов принял командование дальневосточным особым корпусом ВДВ. В то время десантные войска не пользовались большой популярностью. Их сравнивали со штрафниками, а саму аббревиатуру расшифровывали: «Вряд ли домой вернешься». Невозможно поверить, но уже через несколько месяцев ВДВ стал лучшей частью сухопутных войск.

Впоследствии примитивное оборудование, пополнилось автоматом Калашникова со специальным откидным прикладом, чтобы тот не мешал раскрытию парашюта, облегченной алюминиевой броней, противотанковым гранатометом РПГ-16, платформами «Кентавр» для десантирования людей в боевых машинах. А фаталистичное название было заменено в 70-х на «Войска дяди Васи», как называли себя сами бойцы ВДВ, подчеркивая особую теплоту чувств к своему командующему.

Показательным результатом реформ ВДВ Маргелова, в частности, является то, что в вопросах десантирования нашей «крылатой гвардии» в 90-е годы не мог составить конкуренцию даже хваленный американский «полк дьявола» - 82-я воздушно-десантная дивизия США. На показательных выступлениях ее солдат в 1991 году, где присутствовал министра обороны СССР Маршала Советского Союза Д. Т. Язов, чуть ли не половина десантников получили тяжелые травмы и увечья, а боевые машины, после «мягкой посадки» больше не двинулись с места.

Первый прыжок

Во время подготовки десантников, Маргелов уделял особое внимания прыжкам с парашютом. Сам он впервые оказался под куполом лишь в 1948 году, уже в звании генерала: «До 40 лет я смутно представлял, что такое парашют, мне и во сне прыжки не снились. Получилось это само по себе, а точнее, как положено в армии, по приказу. Я человек военный, если нужно, готов хоть к черту в зубы. Вот так и пришлось, уже будучи генералом, совершить первый прыжок с парашютом. Впечатление, скажу вам, ни с чем не сравнимое».

В 1960-х годах, после первого полета в космос Юрия Гагарина и его приземления на парашюте в результате неисправности корабля во время посадки, Маргелову и его крылатой гвардии открылась дорога к невероятным воздушным экспериментам. Советские парашютисты ставили абсолютные рекорды: прыжки из стратосферы с высоты 23 км с немедленным раскрытием парашюта, приземления на горы Кавказа и Памира.

Сам Василий Маргелов однажды сказал: "Тот, кто ни разу в жизни не покидал самолет, откуда города и села кажутся игрушечными, кто ни разу не испытывал радости и страха свободного падения, свист в ушах, струю ветра, бьющего в грудь, тот никогда не поймет чести и гордости десантника". Сам он совершил около 60 прыжков, последний в возрасте 65 лет.

30 минут решают все

Во время чехословацкого кризиса в 1968 году, еще в период подготовки операции «Дунай», 7-я и 103-я гвардейские дивизии ВДВ были полностью мобилизованы и готовые в любую минуту десантироваться на территорию Чехословакии. Когда 18 августа 1968 года на заседании Политбюро ЦК КПСС было наконец-то принято решение о вводе войск. С высшими партийными и правительственными инстанциями Чехословакии его не согласовывали. Поэтому командующему ВДВ была предоставлена полная свобода действий.

На всю операцию по захвату аэродромов, на взятие под охрану взлетной полосы и налаживание аппаратуры взлета и посадки было потрачено 30 минут. Впоследствии, во время своего доклада министру обороны СССР, Маргелов отмечал: «Когда десантники ворвались в здание Академии Запотоцкого, офицеры Чехословацкой народной армии сидели над картами и наносили положение наших войск, перешедших границу. Приход их в Брно ожидали в середине дня».

***

Про командующего ВДВ Василия Филипповича Маргелова слышали даже люди, далекие от армии. Ну, а что уж про десантуру говорить – недаром ВДВ расшифровывают как «Войска Дяди Васи» - ну, пусть не культ его личности был в войсках, но – близко к тому, близко. Ну так ведь было за что! Такие войска создал – не было лучше, и теперь уже не будет, увы. Вояка был редкостный, «слуга царю, отец солдатам», сейчас таких и не сыщешь. Фронтовик, Герой Союза, легенда!

Имена таких людей, как правило, обрастают разнообразными легендами и байками, а куда деваться, слава – это вещь такая, никуда от этого не денешься. Много врать не буду, поделюсь лишь тем, чему сам был свидетелем.

При поступлении в славное Рязанское десантное училище меня бортанули – не хватало двух сантиметров роста до положенного гвардейского. Пришлось внаглую переться на прием к командующему – чтоб разрешил сдать экзамены. Видимо, повезло мне – и отловить сумел генерала, и попал в момент хорошего настроения – ну, везет же хоть раз в жизни людям. Посмотрел дядя Вася мои документы, загнал на турник в своем кабинете, заценил мои дрыганья – да и разрешил поступать.

Однако, это не помешало ему год спустя, во время визита в наш учебный центр, увидев меня на укладке парашютов, заорать дурным голосом: «Это у вас кто – десантник?! Да я его залупой убью!! Убрать нахер из училища!!!».

Плохое настроение было у Бати – ну что, бывает. Он что – обязан всех помнить, кто к нему обращался когда-то? Спасибо ротному – вступился: мол, отличник, спортсмен и все такое.

А через год Батя вручил мне часы с дарственной надписью – за выступление на показухе. Изображал я разведчика, снимающего часового броском ножа в спину (а Маргелов это дело обожал, сам ножи метал, как индеец). Правда, «часовой», убегая от меня, умудрился неловко подскочить, когда нож уже летел ему в спину, защищенную доской. В итоге нож вонзился в беззащитную жопу! Бедняга заорал настолько жалобно, что Батя и ему часы подарил тоже – и утешение, и на всю жизнь память.

Прошел еще год. Я уже на третьем курсе, заступил дежурным по роте. С утра рота разошлась на занятия, офицеры - тоже кто куда, только наряд в роте и остался. Отправил я дневальных порядок наводить на объектах: кто полы натирает штукой под названием БМД – (боевая машина дневального, ящик с ручкой, внутри гиря, снизу щетки, потаскал такую – плечевой пояс накачал и полы сверкают). Кто в умывальнике краны надраивает, кто лестницу моет – все при деле, в общем. Ну, а сам в районе тумбочки дневального процесс контролирую. Контролировал-контролировал, да и приспичило отбомбиться – ну, это жизнь. Дневального у тумбочки нет – да и хрен с ним, за пять минут война не начнется, надеюсь. Пристроился это я в кабинку (а они без дверей, естественно, в интересах боеготовности), развернул газетку «Гальюн таймс» («Советский воин», кто не знает), закурил сигаретку – ну разве не чудесная штука жизнь?

Торопиться в такие минуты никто не торопится – не так уж и много приятных минут в солдатской жизни, и те, что выпадают, стараешься растянуть поневоле. И вот, смакую я эти отрадные мгновения, сигареткой попыхиваю, читаю что-то про козла Рейгана, поджигателя войны и вдруг вырастает поверх газетного листа сверкающая генеральская фуражка. Затем – погоны. Генерал армии. Дядя Вася, индеец херов – как обычно, устроил нам внезапную проверку на вшивость. Никого не предупредил, по-тихому приехал, по-тихому проник и начал с нашей роты. Дневальные по дороге ему не встретились – были поглощены трудами.

И вот он – я, красавец: в орлиной позе, ремень со штык-ножом на шее, повязка дежурного на рукаве и бычок к губе прилип. Думаю, не сильно многие хотели бы в таком виде перед командующим предстать.

Но – рефлексы! Кулаки сами собой сжались, стиснув газетку, глаза вытаращились, а глотка сама собой заорала пронзительно:

– СМИРНААА!!!

Маргелов от такого вопля крякнул, мизинцем ухо прочистил, кивнул покровительственно:

– Продолжай, сынок, продолжай… - да и свалил с богом – следующих брать за теплую жопу.

А крайний раз довелось мне увидеть Маргелова на последнем курсе – он уже был на почетной пенсии, работал в группе инспекторов генштаба. Приехала к нам в учебный центр огроменная комиссия из ЦК КПСС, ну и куча генералов с ними, Маргелов руководит. К их приезду все выкрасили и отодраили, всех, кого только можно, разогнали – на полигон, в лес, куда угодно, чтоб было чисто и пусто, как в образцовой солдатской тумбочке. Курсанты выпускного курса изображают показное занятие по воздушно-десантной подготовке – готовят БМБ к десантированию.

Выглядели выпускники, как манекены из Дома моделей Министерства Обороны: новенькие оливковые комбезы с белоснежными подворотничками, на которые даже не поленились пришить курсантские погоны; сияющие небесной голубизной отглаженные береты, надраенные знаки и сверкающие сапоги... Только что аксельбантов не хватало, а так - хоть на парад. Работали они, впрочем, спокойно, увлеченно. Крепили на броне увесистые камеры многокупольных систем, глухо клацали замками, подсоединяя стренги подвесной системы.

Комиссия приблизилась вплотную к месту образцово-показательного занятия и встала в ожидании, что сейчас их тут начнут красиво и четко приветствовать. А вот ни фига подобного и не произошло. Как работали люди, так и продолжали работать. Вообще, сплошь и рядом такое случается: ждут, трепещут, напрягаются, а потом как-то в самый ответственный момент увлекаются работой и оказывается, что долгожданное высокое начальство они прошляпили. Начальник училища, врубаясь в ситуацию, начал ее оперативно разруливать:

- А здесь, товарищи, - объявил он отлично поставленным командирским голосом, - проходят занятия по воздушно-десантной подготовке!

Никакого результата. Идет работа своим чередом. А руководитель занятия - так тот вообще, кажется, ничего вокруг не видит и не слышит, полностью поглощенный процессом проверки готовности машины для десантирования.

- Гм!! - продолжил начальник училища, метая молнии из глаз в сторону комбезного зада руководителя занятия и с каждым словом повышая в голосе градус торжественности, - Занятие по подготовке к десантированию боевой машины десанта… Ведет Лучший Методист Училища... Полковник Озолин!!
- ...ЁБТВОЮДУРАКАМАТЬ!!! Чего делаешь, урод!!! - описав плавную дугу, прямо у ног комиссии летающей тарелочкой приземлился берет, слетевший с бестолковой головы незадачливого курсанта. Следом за беретом, кувыркнувшись, слетел и сам его хозяин с жидким ужасом в вытаращенных очах.

Приземлившись на карачки у ног комиссии, он, не вставая с карачек (человек-паук!) подвывая, шустро убежал за угол корпуса.

- МУДАК!! На разбой систему готовишь, вредитель ёбаный?! Убью, придурок!!! - потрясал ему вслед кулачищами размером с тыкву Лучший Методист Училища.

Кое-кто из гражданских членов комиссии вдруг скрючился, скрестив по-футбольному ручки на мошонке. Те, у кого нервы были покрепче, отделались отвисшими челюстями. Маршалы же, напротив - растроганно просияли, словно меломаны на любимом концерте, блаженно внимая звукам Великого Военного Языка.

- Н-ну, Василь Филиппыч, теперь понятно, почему твои ребята - орлы такие, - завистливо протянул один из маршалов, - С такой-то методикой... Конечно!..




Метки:



Комментарии:



Поиск по сайту
Комментарии
Архивы
© 2016   ОПТИМИСТ   //  Вверх   //