У желудочно-кишечной оппозиции совсем совести нет?


Что за вой то поднят в сети по поводу уничтожения санкционионных продуктов? Кто-нибудь объяснит суть всероссийского плача?

А список тот видели вообще? Ну вот, гляньте:

http://ipipip.ru/spisok-zapreschennyh-tovarov/

Что, без лобстеров и устриц жизни нет? Пармезаны, да хомоны это наше всё? Свою свинину покупать не можем?

Особенно цинично выглядит на этом фоне стремление некоторых граждан поделиться мнением, что продукты эти можно раздать в детские дома, нуждающимся или недоедающим семьям и тому подобный популизм. Как делить будете исходя на каждого? Пайку определите? Каждому на хитин от лобстера, по ноге от устрицы и дырочке от Пармезана, оросив парами оливкового масла? Или как?

Не стройте иллюзий! Раздавать людям санкционную продукцию глупо и преступно, поскольку люди сами же побегут продавать это на рынках, или  у них скупят по дешевке владельцы контрабанды, а скорее всего сами же злодеи-контрабандисты аффелируют нужных людей а те спишут, что раздали.

А ведь с санкционных продуктов таможенного сбора нет, да и налогов с продаж тоже платить не потребуется, эвон, какое поле разгуляться на взятки! И тогда махровым цветом возьмётся чёрный рынок и коррупция, ведь появится путь для ввоза в страну контрабанды и в дальнейшем. А кому раздавать собирались? Как определять нуждающихся? Ветеранам, пенсионерам? И что же, к каждому пункту выдачи вы полицейского приставите, чтобы он следил, как голодный пенсионер съедает свою пайку, а не продаёт её?

Но самое поразительное в этой истории то, что люди в сиюминутным порыве благотворительности, неспособны видеть чуть дальше, так сказать, на перспективу. Ну, предположим, решили отдать в детские дома эти продукты, скажите, как попадут на столы эти продукты? Это будет сверх установленной нормы потребления, или вместо неё?.. Если вместо неё, то тогда предприниматель, победивший в аукционе на поставку продуктов в образовательные учреждения должен вернуть деньги государству, и, следовательно, обанкротится.

Получается, что один самонадеянный балбес привёз на таможню санкционную продукцию, и из-за него страдает ещё и добросовестный поставщик? А если продукцию направят на столы сверх нормы потребления, чтобы сохранить подписанные контракты, то её можно запросто списать. Дети же не голодают, но им могут дать меньше санкционной экзотики попробовать, чтоб подтвердили, мол, «да ели устриц и мидий! Видите, дрищем?», а остальное разлетится по чёрному рынку, тем самым подкосив добросовестных поставщиков, которые ввезли несанкционный товар, произведённый в других странах, поскольку они заплатили таможенный сбор, и платят налоги. Получается, что их товар неконкурентоспособен. Именно поэтому продукцию должны уничтожать, массово, и фиксировать на камеру этот процесс, дабы не порождать коррупцию и спекуляцию слухами.

Эти доводы достаточно весомы для передовой интеллигенции, свободной от пропагандистских стереотипов российского телевидения, чтобы прекратить истерику и не плясать под чужую дудку?

Зачем же нужны санкции? Просто из вредности нашего правительства, этакая пакостная месть?.. . Хм, было бы глупо думать, что это так. А не вы ли, уважаемые отчаянные оппозиционеры к тоталитарному режиму, говорили о том, что Россия сидит на нефтяной игле, что Россия это сырьевой придаток? Ну так давайте развивать своё, ограничим поставки импорта, создадим спрос на рынке, и уже после этого появляется предложение от производителя. Не эти ли правила лежат в основе рыночной экономики, которую вы так горячо поддерживаете?

Вопрос: Вы знаете, как в экономике страны появляются рубли? Кто их печатает и в каком объёме?

Для того, чтобы у России были рубли, нам нужно иметь доллары и золото на эту сумму. Государство должно продать что-то за рубеж, за доллары, и в Центральном банке должны поменять доллары на рубли, а ЦБ положит эти доллары к себе в закрома. И только после этого в экономике появилась национальная валюта – рубли. Какие то рубли крутятся внутри страны, какие-то постоянно обмениваются на доллары и.. уничтожаются.

Да-да, уничтожаются, Такова механика денег. Или деньги поступают в экономику в качестве кредитных денег, через банки. Но Россию относят к развивающимся странам, по этому деньги от ФРС поступают в экономику страны под другими процентами, нежели в Европейские страны, ивзините, господа, но РИСКИ!.. Отсюда и получается, что ставка ФРС для России, скажем, 6%, ставка ЦБ для банков 12%, ставка банков для потребителей 21-25%. В то время как ставка ФРС для Европы 0,5-1% ставка ЕЦБ для банков 2% ставка банков для граждан 3-4%.

Причём тут ФРС? И это тоже неотъемлемая часть механики денег! Задайтесь вопросом о том, откуда берутся деньги – национальные валюты, что такое Бреттон-Вудское соглашение, что такое куренси борд, многое станет понятным. Проще говоря, мы за рубли покупаем доллары, которые у нас появляются из-за того, что Россия продаёт на Запад ресурсы, а кредиты в нашей стране берутся под высокий банковский процент, по этому выгоднее брать за рубежом., следовательно - в долларах. Отсюда и подорожание товара отечественного производства - кредиты всё равно в долларах!

По этому процесс девальвации не смог в должной мере развивать собственных производителей. Как вы считаете, может ли продукция Российской федерации быть конкурентноспособной зарубежной продукции в условиях, когда у иностранного производителя перед нашим есть солидное преимущество - десяток, другой процентов от стоимости? Они имеют дешёвые, длинные кредиты на развитие.. Вот по этому российский производитель НЕ МОЖЕТ быть конкурентом иностранному товару, даже внутри своей страны, поскольку ВТО обрезало заградительные пошлины импорту и теперь проще покупать за рубежом.

В итоге мы свои ресурсы меняем на еду и всё сильнее впадаем в зависимость от импорта. А народу что нужно? Народу нужно много и по дешевле, и обязательно с экзотикой, хоть бы и на прилавках чтобы была, и даже если раз в год купить, на праздник каких-нибудь, ракушек, чтобы почувствовать себя гурманом-европейцем!.. Как говорится - понты это наше всё!

С удивлением обнаруживаю, что вокруг полно "гурманов" разбирающихся в "марочных" винах по тысяче рублей за бутылку, с учётом итоговой накрути на товар в 200% (дорога+таможня+дорога+аппетиты продавца помноженные на понты покупателей), в сырах и хомонах.

Посчитайте, хотя бы примерно, сколько нужно рублей поменять на доллары, чтобы иметь в России дом, дачу, машину, желательно две. Эти доллары войдут в иностранную экономику, а нам останется это в виде всякой товарной чепухи, которая очень скоро пройдя желудки, превратится в говно и будет смыто в унитаз.

У желудочно-кишечной оппозиции совсем совести нет? За еду страну продаёте? Голодаете? Или может быть начнём своё развивать, ведь вы же громче всех выли, что Россия – сырьевой придаток, счастье Путина на стоимости нефти!... Ну да, только, быть может, для начала механику появления рубля в России узнаете?

***

Штефан Дюрр: «Контрабандный товар должен быть уничтожен» ("Die Zeit", Германия)

Немец Штефан Дюрр (Stefan Dürr) возглавляет крупнейший российский завод по производству молочной продукции. Год назад он посоветовал Владимиру Путину дать отпор санкциям ЕС. А сегодня?

Die Zeit: Г-н Дюрр, чуть больше года назад ЕС ввел санкции против России. Вскоре после этого Вы мне рассказывали, что в ходе личной беседы с президентом Владимиром Путиным Вы посоветовали ему принять ответные меры. Вы жалеете об этом?Штефан Дюрр: Нет, я и сейчас дал бы ему точно такой же совет.

— Но Россия погрузилась в глубокий экономический кризис.

— Но это же не связано с ответными санкциями! Напротив, запрет на ввоз западного продовольствия помогает российскому аграрному сектору. Недавно ко мне приезжал основной закупщик компании Metro в России. Раньше для отечественных производителей было невероятно сложно пробиться на прилавки магазина Metro. Существовали так называемая «входная плата», а сам товар оплачивался зачастую только через два-три месяца. Тем временем, Metro активно ищет российских поставщиков. Компания даже готова профинансировать развитие новых продуктов.

— На прошлой неделе Владимир Путин постановил уничтожать привезенное в страну контрабандным путем западное продовольствие. По телевидению показывают картинки крематориев, в которых сжигают свинину. Это имеет смысл?

— Подобные картинки действуют, конечно, устрашающе. И мне, как аграрию, всегда больно, когда уничтожают продовольствие. Но раньше было вот как — контрабандисты пытались провозить западные товары в Россию, и когда на границе их разворачивали, они отправлялись в другое место на границе и пытались сделать там то же самое там. В этом контексте я считаю решение логичным. Контрабандный товар должен быть уничтожен. Если существует запрет на ввоз товаров, его нужно соблюдать.

— Цены на продовольствие в прошлом году из-за запрета на импорт значительно возросли.

— Да, частично, но ситуация постепенно выравнивается. Из-за отсутствия зарубежной конкуренции российские аграрии хорошо зарабатывают и инвестируют в новую технику и новые структуры. За счет этого производство становится более эффективным, и продукция станет дешевле.

— Звучит хорошо, будто проблем не существует.

— Нет, проблемы есть. В случае с сыром или творогом все больше производителей использует дешевое сырье, такое как пальмовое масло вместо дорогого молочного жира — не всегда указывая это на этикетках. Но в целом, прогресс есть. То, что произошло с российским сельским хозяйством в течение года, раньше произойти бы не смогло. Раньше российские фермеры выступали, в основном, как поставщики сырья. Мое предприятие «Эконива» теперь не только продает сырое молоко, но и такие продукты как йогурт, творог или масло. То есть мы выходим в новые области.

— То есть ваше предприятие «Эконива», крупнейший молочный производитель в России, выиграло от запрета на импорт?

— Да, в том числе, потому что цены на молоко не так сильно снизились, как в остальном мире. Но в моем случае преимущества ответных санкций не перевешивают минусы от западных санкций. Финансовые затраты сильно возросли. По моим кредитам, выданным Сбербанком, я плачу 29 процентов. Это, в первую очередь, последствия санкций. Из-за них у российских банков нет больше доступа к западным рынкам капитала. Это приводит к росту процентных ставок и сказывается на российской экономике в целом.

— Продление западных санкций стало неожиданностью для Вас?

— Это меня разочаровало. Я, в первую очередь, беспокоюсь о последствиях. Каждый день боюсь, что русские официально войдут на Украину.

— Почему?

— У русских есть ощущение, что они слишком сильно пошли навстречу Западу в решении украинского конфликта. Путин не только подписал Минские соглашения. Он их придерживается, так считают, по крайней мере, в России. Люди ждали какого-то поощрения за это — отмены санкций или хотя бы их смягчения. Но с продлением санкций Запад только укрепил сторонников жесткой позиции в России. Они говорят — посмотрите, вы так носились с Западом, а это ни к чему не привело. Тогда мы можем войти на Украину и начать действовать.

— Позиция Запада такова — пока Путин поддерживает сепаратистов на востоке Украины, например, поставляя оружие, санкции останутся в силе.

— Но Путин же не может дать погибнуть сепаратистам. Они на протяжении более одного года борются за русское меньшинство на Украине. Тем временем, с обеих сторон растет ненависть. Если Путин сейчас прекратит оказывать поддержку сепаратистам, в России возникнет впечатление, что он просто бросает их на поедание украинцев. С внутриполитической точки зрения он этого не переживет. Только когда будет достигнута определенная автономия Восточной Украины и русское население будет в безопасности, он может перестать оказывать им поддержку.

— В феврале российское правительство опубликовало список из 199 стратегически важных компаний, среди которых, например, компании «Газпром» и «Роснефть». В списке также значится компания «Эконива». Что это для вас значит?

— Честно говоря, я был тоже довольно удивлен, когда узнал об этом. Мы же выступаем в другой «лиге», в отличие от «Газпрома». Но, вероятно, российское правительство считает нас из-за нашей позиции на аграрном рынке важным системным элементом. Компании, входящие в этот список, в случае возникновения проблем легче получают государственную поддержку. Но я не хотел бы обязательно за ней обращаться. Поскольку подобная поддержка никогда не бывает бесплатной. Некоторые русские даже шутят, что это первый шаг к национализации. Так далеко я бы не заходил. Но определенную долю самостоятельности из-за господдержки можно абсолютно точно потерять. Я рад, что нам поддержка не нужна.

— Крупнейший российский молочный производитель «Эконива» — это одна Ваша компания. Другая — «Экотехника», осуществляющая продажу сельскохозяйственной техники. Как у вас это произошло?

— Кризис негативно сказался на моей компании. Мы импортируем, прежде всего, тракторы и зерноуборочные комбайны John Deere. Но в последнее время мы продали только треть того, что у нас было до кризиса. Это связано не только с общей сложной ситуацией, но и с тем, что Россия активно начала поддерживать российских производителей тракторов и зерноуборочной техники. Оно добавляет 25 процентов от стоимости. Тот, кто решает приобрести российскую технику, получает также практически беспроцентный кредит. Для «Экотехники» практически невозможно удержаться в таких условиях. Уже в прошлом году мы не могли платить проценты по нашим займам. Сейчас проходит реструктуризация компании, облигации будут переведены в акции. Не только я, но и многие малые вкладчики потеряли деньги.

— Скажите, Вы выиграли или потеряли от кризиса?

— Конечно, потерял. Но речь идет не только о моей компании. У меня есть немецкое и российское гражданство, я на протяжении 25 лет выступаю за диалог между обеими странами. Я сильно переживаю из-за конфликта.

— Как Россия изменилась после начала кризиса?

— Люди больше сплотились.

— Вы имеете в виду, стали более националистичными?

— Я бы сказал — патриотичными.

— Что это значит для иностранных компаний в России?

— Несколько недель назад я был в Москве на приеме у министра сельского хозяйства. Он пригласил представителей различных зарубежных компании из аграрного сектора, в том числе Danone и Nestle. Он сказал: «Если вас в чем-то ущемляют из-за политической ситуации, скажите мне об этом, я разберусь». Он об этом говорил и с президентом. То есть правительство старается поддерживать иностранные компании, в том числе, потому что знает, что они ему нужны. Но, конечно, сейчас есть и практически враждебные настроения по отношению к иностранцам. Вплоть до некоторых губернаторов, которые осложняют жизнь иностранным компаниям.

— Министр иностранных дел РФ недавно пригрозил даже арестом имущества.

— Это была реакция на то, что Франция и Бельгия недавно арестовала российские счета в пользу бывших акционеров компании ЮКОС. Речь идет о решении Гаагского суда, по которому инвесторам положена компенсация. Но Россия не признает это решение и грозит, в случае ареста счетов, ответными мерами. Это тот же самый принцип, как и в случае с санкциями. Око за око, зуб за зуб.

— Вы еще встречались с Владимиром Путиным после вашего разговора год назад?

— Нет. Но он недавно передавал мне привет через нашего общего друга.Оригинал публикации: "Schmuggelware muss vernichtet werden"




Метки:



Комментарии:



Поиск по сайту
Комментарии
Архивы
© 2016   ОПТИМИСТ   //  Вверх   //