Товарищ Петров


Петров нажал на кнопку звонка. За дверью раздались чьи-то шаги, затем щелкнул замок, дверь открылась.

За дверью стоял какой-то паренек. Под мышкой у него был сложенный пополам журнал с чертежами и схемами.

- Можно войти? – спросил Петров.

- А вы к кому?

- Меня вызвали. В Комиссию. На собеседование.

- В Комиссию? – паренек обрадовался. – Топайте за мной!

И повел Петрова по длинному коридору.

Из одной двери выскочил другой паренек, заорал, смешно взмахивая руками:

- Вовка, получилось! Заработал.

- Серьезно? – обрадовался первый паренек.

- Серьезно!

- Здорово как!

- Приходи вечером, будут первые образцы. Побегу девчонкам скажу.

И побежал куда-то по коридору.

Первый парнишка повернулся к Петрову:

- Заработала!

- О чем речь? – поинтересовался Петров не без любопытства.

- Первый советский бытовой стереолитограф, - важно сказал паренек.

- Стерео – что? – не понял Петров.

- Трехмерная печать, - объяснил паренек. – Представляете?

- Не очень.

- Ну, это как принтер. Но только трехмерный...

Паренек хотел что-то объяснить, но оказалось, что они уже пришли.

- Ладно, - сказал он. – Вам сюда.

И показал рукой на дверь. На двери висела прилепленная кнопкой бумажка: «Комиссия по отбору».

- Удачи! – парень махнул рукой и ушел обратно.

А Петров вошел в дверь.

За столом сидели четверо мужчин и женщин. Один мужчина был совсем пожилой, другой средних лет, была женщина тоже средних лет и совсем юная девушка. Перед ними стояли кружки с чаем и лежали краснокоричневые папки. На их обложках были вытиснены рельефные гербы СССР.



- Можно? – спросил Петров.

- Конечно, конечно, - сказал пожилой и указал рукой на одинокий пустой стул перед столом.

- Присаживайтесь, товарищ.

Петров сел.

- Чаю не хотите? – спросила женщина.

- Нет, спасибо.

- Ну, не будем терять времени. – Пожилой мужчина раскрыл папку. – Итак товарищ Петров, вы подали заявление в Комиссию.

- Да.

- А что вас не устраивает?

- Все, - сказал Петров. – Меня тут не устраивает ничего.

Мужчина улыбнулся.

- Товарищ Петров, - сказал он. – Вы работаете менеджером по проектам в «Росбизнесконсалт»?

- Да.

- Вы хорошо зарабатываете, у вас двухкомнатная квартира в престижном районе, хорошая машина, дом в Сестрорецке. Прошлым летом ездили на Мальдивы…

Мужчина перебирал листочки в папке.

- По-моему, так у вас все хорошо. Или – как у вас тут сейчас говорят – все в шоколаде?

- Тошно, - сказал Петров.

- Тошно?

- Да. Не могу я тут. И работа, и окружение… И вообще все. Всё. Гнилье, воровство, ящик этот дебильный с путиными и медведевыми, вранье кругом, гонки крысиные.

- Ну так вы же можете поехать куда-нибудь в другую страну. У вас сейчас многие уезжают, разве не так?

- Не хочу. Не лучше.

Тут в разговор вмешался мужчина средних лет:

- Товарищ Петров, а что вы, собственно, умеете? Чем вы можете принести пользу Советскому Союзу?

- У меня две вышки.. два высших образования, - сказал Петров. – Корпоративное право и менеджмент.

Мужчина слабо и кривовато улыбнулся. Даже как-то брезгливо.

- Понимаете, товарищ, в общем-то в СССР таких и понятий-то нет, в силу другой экономической модели, соответственно и специалисты по этим областям, прямо скажем, не нужны.

- А кто нужен? – спросил Петров.

- Учителя. Врачи. Инженеры. Техники. Рабочие. Ученые. Агрономы.

- Я согласен на любую работу, - сказал Петров.

Члены Комиссии переглянулись.

- Видите ли, - сказала женщина. – Это все очень замечательно, но в СССР теперь очень строгий отбор. Даже будь вы обладателем какой-то реальной профессии – даже в этом случае, я боюсь, вы не очень интересны нам. Вот вы ведь даже в выборах ни разу не участвовали, верно?

- Политика у нас – это грязь, - убежденно сказал Петров.

- Да, но... Грязной ее делают люди. Да и выбор есть всегда. За коммунистов можно проголосовать, например.

- За коммунистов? Да вы знаете, какие у нас коммунисты – не смешите! – скривился Петров.

- Не знаю, - сказала женщина. – Это в общем-то ваши проблемы, не наши. Тоже от вас и только от вас зависит. Исключительно.

Тут снова вмешался пожилой человек:

- Товарищ Петров, вы, наверное, не совсем понимаете. Дело в том, что звание советского человека получить теперь очень трудно. Направо и налево его не раздают. Нужно заслужить это высокое звание. У нас там много работы – реальной, трудной, интересной. И нам нужны не разочарованные люди. Нам нужны люди твердые.

- В общем, вы нас извините, - сказала женщина. – Но мы вынуждены вам отказать.

Пожилой мужчина закрыл папку.

- Вера, проводи товарища Петрова.

Петров хотел что-то сказать, но потом передумал. Встал.

Вместе с юной девушкой вышел в коридор.

- Нет, - сказала девушка. – Вам не сюда.

Она провела его к другой двери, открыла ее. Петров вышел.

Петров побледнел, повернулся к черной деревянной двери, из которой он вышел. Никаких кнопок или зуммеров на двери не было. Просто толстая деревянная дверь, покрытая слоем копоти и пыли. И закрытая. Петров стал стучать по ней кулаками.

Он стучал долго, но дверь так и не открылась. Петров сел перед ней – и заплакал. Проходящие мимо люди с удивлением смотрели на хорошо одетого молодого человека, сидящего прямо на асфальте у запертой двери, и почему-то плачущего. А Петров все повторял сквозь слезы: «Нет… нет… нет» - и все не мог поверить, что эта дверь, ведущая в другой мир, уже никогда не откроется.





Наш Instagram - @oppps_verrdi для улыбок


Метки:



Комментарии:



Поиск по сайту
Архивы
© 2017   ОПТИМИСТ   //  Вверх   //