Тайна и мистика театральных призраков

Театр манит нас своей тайной. На сцене воплощаются в жизнь самые смелые идеи, а сила актерского мастерства захватывает зрителей, унося их в мир необыкновенных грез. Театр — это труд и великое лицедейство. А кроме того — немного волшебства и мистических перевоплощений. Но ведь известно: где мистика, там и потусторонние силы...

В пьесе «Как вам это понравится» Уильям Шекспир написал: «Весь мир — театр. В нем женщины, мужчины — все актеры. У них свои есть выходы, уходы...» Эту фразу великого драматурга в театре канадского города Форт-Маклеода понимают по-своему: некоторые люди после смерти возвращаются, но уже в виде призраков.

Это относится непосредственно к театру «Эмпресс», точнее, к «Призраку Эмпресс», которого работники, актеры и зрители называют просто «любимчик Эд».

Театр «Эмпресс» первоначально был ведущим в сети театров Форт-Маклеода. Дж. С. Ламберт начал его строительство в 1910 году на улице, которая сейчас называется Мэйн-Стрит, во время расцвета города. В театре ставились спектакли, игрались концерты, проводились лекции и показывались фильмы. В январе 1910 года в газете «Летбридж Геральд» сообщалось, что новое здание станет «театром первого класса, где современной будет каждая деталь». Строительство театра завершилось в 1912 году, тогда же он и открылся.

В 1937 году Дэниел Бойл купил «Эмпресс» и сделал несколько значительных обновлений. Он установил кабину проекции изображения над новым, сделанным им балконом на сто мест, оградил вестибюль, добавил туалеты и другие необходимые для кинотеатра помещения. В дополнение к новой конструкции Бойл добавил декоративные предметы, модернизированную осветительную арматуру, портьеры и неоновые лампочки в форме тюльпанов на металлическом потолке.

С 1937 по 1982 год здание оставалось прежним, здесь шли все театральные постановки и кинопоказы. В 1982 году Общество провинциальной исторической области Форт-Маклеод вступило во владение зданием и уже в 1988 году потратило более 1 млн долларов на реставрацию «Эмпресс», восстановив его былое великолепие.

Надо заметить, что фактами каких-либо смертей в «Эмпресс» историки не располагают, зато имеются достоверные сведения о появлении призраков. Такие явления наблюдались и до 1988 года, однако после введения новшеств активность фантомов заметно возросла. Об одном из первых фактов возобновления их активности в «Эмпресс» рассказал Джей Русел, который с 1986 по 1990 год был членом Театральной компании Великого Запада — труппы, которая работала в этом театре.

Впервые Русселл увидел призрак в июне 1988 года. В то время он учился в университете, а летом подрабатывал в театре. Из-за канцелярской ошибки он не получил платежного чека, поэтому жил практически без денег. Когда вся труппа решила устроить ланч, Русселл, не присоединившийся к компании, остался в здании один.

Студент вспоминал: «Я не пошел, потому что был действительно беден. Я позавтракал и решил, что не буду тратить деньги; собирался остаться. Кроме того, у меня появился шанс осмотреть все здание театра. Я спустился вниз по старым деревянным ступенькам — они были скрипучими, и в любое время можно было слышать, если по ним кто-то спускается.

В подвале было несколько комнат для переодеваний, но они были по-настоящему крошечными. У нас тоже были комнаты для переодеваний, но под них была отведена большая площадь; мы называли ее Бойлер Рум. Она была достаточно большой, и мы сидели там, когда ждали своего выхода. А рядом находилась комната, которую мы называли Свами Кулер Рум. В ней не было ни одной лампочки и ни единого выключателя.

Кроме того, в комнате была большая стальная дверь. Когда я открыл ее, то увидел старинный орган. Он выглядел так, как будто был весь разломан. Я вошел в темноту, дальше становилось все темнее и темнее; я вытянул руку, пытаясь нащупать этот старый инструмент. Но как только я коснулся его, то услышал позади себя громкий хохот, будто кто-то разыгрывал меня. Он (смех) не был жутким; это был просто сильный хохот. И вдруг подпорка на двери исчезла, и она захлопнулась. Затем послышались шлепки, кто-то смеялся и бежал вверх по ступенькам».

Русселл сидел в совершенно темной комнате полтора часа, пока труппа не вернулась с завтрака. Артисты услышали, как он зовет на помощь, и вытащили его оттуда. И все они ручались, что были вместе и что никто не уходил с ланча.

Диана Сегбор родилась и выросла в Форт-Маклеоде, как и ее родители. В городе она занимала разные управленческие должности.

«Я слышала о призраках с самого детства, — вспоминала Сегбор. — Когда мы, будучи детьми, ходили в театр, то слышали, как они там предположительно появлялись, но сама я ничего не испытывала до тех пор, пока не стала работать в театре».

О каких же событиях шла речь в тех ранних историях? Сегбор продолжала: «Несколько маленьких детей видели кого-то позади себя в зеркале. Они описали его как пожилого джентльмена с очень волосатыми руками».

Первое испытание Дианы Сегбор в «Эмпресс» произошло в начале 1990-х годов, когда она однажды утром вошла в здание, которое только что открыли, чтобы сделать опись в аппаратной. «Я пересекла фойе и зашла в аппаратную. Затем услышала какие-то шаги, идущие вниз по лестнице, и подумала: интересно, я же нахожусь в театре одна, но, может быть, Майк (другой работник театра) пришел сюда раньше меня? Между тем звуки шагов слышались все громче, пока я не услышала их рядом с собой, но затем они прекратились. Я почувствовала изменение воздуха — из нормального, комнатной температуры он превратился в прямо-таки ледяной. Я положила блокнот, в котором делала записи, и прошла в переднюю дверь».

В первую встречу с призраком Сегбор сильно испугалась, но со временем привыкла к нему и не воспринимала как нечто особенное.

В театре «Эмпресс» есть сигнализация с детекторами, срабатывающими на любое движение. Однажды ночью к Сегбор поступил очередной звонок от охранной компании, но она решила не вызывать полицию. В этот вечер она была вместе с подругой, которая могла составить ей компанию в обходе здания.

Сегбор рассказывала: «Мы включили все лампочки, но ничего не нашли. Подруга Джойс, которая была со мной, напевала какую-то песню. Но едва я собралась открыть дверь, как призрак неожиданно просвистел конец песни. Джойс обернулась и замерла. Она не могла поверить этому! Она спросила: „Ты слышала?" И я ответила: „Да, я это слышала!" И мы вышли. Очевидно, он был рядом с нами, когда мы осматривали здание».

О похождениях привидений поделился впечатлениями и координатор летнего театра в «Эмпресс» Стефен Делано: «Он (призрак) любит играть с занавесями во время представлений. Также у нас в театре на потолке есть большие неоновые лампы в виде тюльпанов. Ему нравится с ними играть — он включает и выключает их во время представлений».

Из-за относительно безопасных, но все же жутковатых случаев с призраками Диана Сегбор полагает, что в «Эмпрессе» может обитать дух ребенка или даже нескольких детей: «Иногда слышны бегающие шаги по коридору. Шаги быстрые, как будто бегут коротконогие малыши».

Над сиденьями театра также подшучивают. В зале установлены стандартные кресла, которые складываются для прохода между рядами, но они не подпружинены. Когда сиденья подняты, они остаются в таком же положении, а когда их опускают, они остаются тоже опущенными... обычно.

«Но вот я была на балконе и поднимала кресла, — рассказывает Диана, — и в одном ряду, где я только что закончила это делать, они начали опускаться так же быстро, как я их поднимала. Одно за другим. Между прочим, на балконе актеры замечали пожилого, крепкого сложения джентльмена с волосатыми руками, который во время представлений сидел на одном и том же месте. Спустя некоторое время джентльмен исчезал. Когда актеры позже расспрашивали зрителей, никто из них не мог сказать, что видел кого-то поблизости. Его наблюдали только те, кто в этот момент был на сцене».

По словам Дианы, призраки театра способны и на другие шутки. Например, возвращать мусор на те же места, где он прежде был уже убран.

Сотрудникам театра самой правдоподобной представляется версия о призраке второго владельца здания Дена Бойла. Но есть и иное предположение, о котором Стефен Делано говорит так: «Это может быть швейцар, который работал здесь с начала 1950-х годов. У него была и вторая работа, на аукционной продаже.

Но однажды ночью он был найден мертвым, а отчего — неизвестно. Многие думают, что это призрак именно того мужчины. Говорят, работая на аукционе, он в промежутках любил крепко выпить, а затем закурить сигару. И вот, когда появляется призрак, буквально все сразу ощущают явный запах алкоголя, навоза и сигар».

Диана Сегбор полагает, что привидением, вероятнее всего, является швейцар. Когда она описала большого человека с волосатыми руками своим родителям, отец согласился, что описание вполне соответствовало внешности швейцара, который был загадочно убит в 1950-х годах на аукционе.

Иногда призрак является в те дни, когда открыта касса. Посетители говорили, что покупали билеты у пожилого джентльмена, а позже выяснялось, что в то время в кассе работала только женщина. Говорят еще, что призрак десятилетиями охраняет представления, само здание и людей в театре. Удивительно, но никто его не боится, более того — его очень часто называют «любимчик Эд». Вероятно, потому, что он и сам любит театр «Эмпресс» с его зрительным залом, комнатами, гримерками и подсобными помещениями.

По общепринятому мнению, самые настоящие «рассадники» привидений — английские театры. В одном из них — старинном здании Королевского театра в Лондоне на Друри-Лейн — много чего творится.

Например, некоторые актеры уверяют, что на сцене их толкают невидимые руки. А самый известный из здешних обитателей — Человек в сером. Он появляется в театре вот уже 200 лет. Незнакомец, одетый в бриджи, сюртук и шляпу-треуголку, шествует по проходам между кресел, а затем исчезает... в стене.

Иногда Человека в сером видят сидящим на одном из зрительских мест. Почему-то показывается он только актерам или заядлым театралам. Легенда утверждает, что появление призрака перед спектаклем сулит успех.

История повествует о том, что более столетия назад в Королевском театре нашли потайную комнату, в которой лежало высохшее человеческое тело. В его груди, между ребрами, торчал нож. Уж не из этого ли тела появился таинственный дух?

Знаменитым театральным фантомом считается и призрак жившего в конце XIX века Уильяма Терриса — ведущего актера театра «Адельфи». Обожаемый поклонниками и критиками, он вызывал фантастическую зависть у своего посредственного коллеги — актера Ричарда Принса. 16 декабря 1897 года Принс заколол Терриса кинжалом в тот момент, когда великий артист подходил к двери, ведущей на сцену.

Слышали, как Террис, умирая на руках примы Джесси Милуорд, прошептал: «Я еще вернусь». Многие утверждают, что Террис сдержал слово. Впервые его призрак появился в 1928 году. Один из зрителей заметил стоящую у стены полупрозрачную мужскую фигуру и опознал в ней некогда популярного актера — театрал видел его на старых фотографиях. Впоследствии фантом нередко пугал запоздалых прохожих, путь которых лежал мимо театра «Адельфи».

Нередко из старых гримерных актера доносится необъяснимый стук, кроме того, в эти мгновения из-под двери струятся лучи странного света. Рассказывали, что призрак встречали не только в театре, но и на ближайшей станции метро — «Черинг-Кросс», где он дожидался последнего поезда. Подробные описания очевидцами его цилиндра, плаща и трости соответствовали действительности. Причем стоило только прохожим заговорить с фантомом, как он немедленно исчезал.

А вот в одну из лож театра «Хеймаркет» приходит дух его бывшего актера и режиссера Джона Бакстона, любимца королевы Виктории. Порой дверь старой гримерной Бакстона открывается и закрывается сама собой. Встречают здесь и призрак Генри Филда, руководившего труппой в XVIII веке.

Славится своим призраком и театр «Колизеум»: его ежегодно посещает привидение солдата, погибшего в Первую мировую. Рассказывают, что он побывал на представлении в последний вечер перед гибелью. С тех пор каждый год в этот день его неупокоенная душа занимает место в бельэтаже.

Еще одно известное имя — Маргарет Резерфорд, прославившаяся ролью мисс Марпл из сериала по роману Агаты Кристи. В свое время она поведала о встречах в лондонском театре «Хеймаркет» с привидением Джона Бакстоуна, служившего директором театра до своей кончины в 1879 году. Во время популярного музыкального ревю в «Хеймаркете» режиссер пришел в ужас, увидев за спиной одного из артистов некоего мужчину, которого вначале принял за рабочего сцены, случайно перепутавшего выходы из кулис.

Режиссер хотел распорядиться опустить занавес и удалить провинившегося со сцены, но тот... растаял в воздухе. И тут режиссер сообразил, что на мужчине был длинный черный фрак... призрака Джона Бакстоуна.

В 1908 году физик сэр Оливер Лодж выдвинул гипотезу, согласно которой привидения представляют собой «призрачное отображение какой-то длительной трагедии, произошедшей в прошлом». Лодж предположил, что мощные эмоции могут каким-то образом запечатлеться в окружающей среде и впоследствии восприниматься людьми, обладающими достаточной чувствительностью.

Если это так, то театры представляют собой настоящие «дворцы», переполненные человеческими эмоциями — любовью, ненавистью, страданиями и невыносимой ностальгией.

Призрак Оперы

Это, пожалуй, самый знаменитый в мире театральный фантом. Является он и постоянно проживает, по преданиям, в парижской Гранд-Опера, которая вплоть до 1970-х годов была крупнейшим оперным театром Европы. Здесь стоит вспомнить, что когда-то строительство театра едва не сорвалось из-за скопления подземных вод под фундаментом будущего здания.

По этой причине строители никак не могли заложить фасад. В конце концов архитектор Шарль Гарнье придумал выход — отгородить подвальные помещения двойной стеной.

Именно внутрь этой стены поместил свою вымышленную комнату пыток писатель Гастон Леру, автор романа «Призрак Оперы», по которому впоследствии было поставлено несколько кинофильмов и знаменитый мюзикл.

В книге Леру оказывается, что призрак — это человек из плоти и крови, безобразный и внушающий ужас злодей Эрик. Однако большинство исследователей убеждены, что речь идет именно о мистической сущности и что это отнюдь не вымысел.

Кем был тот несчастный при жизни — неизвестно, но, согласно легенде, таинственное привидение и по сей день возникает в Гранд-Опера в одной из театральных лож.

В контрактах директоров театра всегда присутствует пункт, запрещающий сдавать зрителям ложу № 5 в первом ярусе. Говорят, фантома наблюдают там систематически: обычно он появляется вскоре после начала спектакля. И если в этот момент в ложе находится кто-то еще, последствия могут быть самыми плачевными.

Однажды, в 1896 году, в опере давали «Геллу» композитора Дювернуа. Когда актрису, примадонну Розу Карон, вызвали на бис, с потолка вдруг упала массивная люстра из бронзы и хрусталя. По неизвестной причине оборвался один из противовесов, удерживавших эту махину. Семьсоткилог граммовое сооружение рухнуло на головы зрителей.

Многих ранило, но погиб лишь один человек — консьержка мадам Шомет, специально пришедшая послушать пение Карон. Разумеется, в приключившемся несчастье все сразу увидели некий мистический знак. Неудивительно, что этот случай безоговорочно приписали проделкам Призрака Оперы, благодаря чему Гастон Леру сделал падение люстры одним из ключевых эпизодов своего романа.


Нет ничего странного и в том, что фантом так привязан к театру, ведь парижская опера размещается в очевидной аномальной зоне. Энергетика в местах, где из-под земли вырываются грунтовые воды, всегда бывает патогенной. К тому же у здания непростая история: в 1871 году в здешних подвалах казнили коммунаров, а год спустя тут случился страшный пожар.

Надо сказать, что сам театр Гранд-Опера (театр Гарнье) является еще и эталоном эклектической архитектуры. Здание поражает своей красотой и шокирует роскошью внутреннего убранства. Оно было построено по приказу Наполеона III за 15 лет, но некоторые его части так и остались недоделанными. Строение огромно, но большинство посетителей не посещают его основную часть — подземелья. Они располагаются на нескольких уровнях, имеют множество коридоров.

В настоящее время половина подвалов разрушена, но строители не ведут реставрационных работ, опасаясь обрушений. Примечательно, что под центром Оперы находится настоящее подземное озеро: это один из «заливов» Сены, поэтому откачать воду из него невозможно. В XIX веке этот водный резервуар использовали в технических целях.

В 1908 году в подвале Гранд-Опера был обнаружен скелет мужчины с изуродованным черепом и женским кольцом на пальце. По мнению журналиста и страстного театрала Гарстона Леру, который проводил собственное расследование, он принадлежит легендарному Призраку Оперы.

Театр назван по имени главного архитектора, но, согласно театральным преданиям, Шарль Гарнье был не единственным зодчим. Когда рабочие в сломанной стене подвала обнаружили скелет, припорошенный кирпичыми обломками, Леру был потрясен контрастом между чудовищным уродством черепа и наличием изящного женского кольца на пальце. Он опубликовал изображение кольца во всех газетах в надежде, что кто-то узнает реликвию и откликнется, но таких не нашлось.

Судя по скелету, трагедия произошла около 30 лет назад, поэтому можно было еще найти рабочих, строивших здание. Леру удалось разговорить нескольких из них. Те вспомнили, что одним из архитекторов был человек с искалеченным лицом. Чтобы скрыть уродство, он носил маску, а если ее снимал, то даже много повидавшие на своем веку каменщики пугались и осеняли себя крестом. О нем толком ничего не было известно, но ходили слухи, что родился несчастный во французской деревушке. Мать зачала его вне брака и во время беременности пыталась скрыть свое состояние,

стягивая живот корсетом, поэтому ребенок родился изуродованным. Затем женщина продала отпрыска цыганам как диковинку, и с ними мальчик побывал в восточных странах. Каким-то образом ему удалось попасть в мастерскую архитектора, пройти обучение и стать хорошим зодчим.

После освоения профессии молодой архитектор приехал во Францию и принял участие в строительстве Гранд-Опера. Дирекция предоставила ему небольшую квартирку в самом здании, как и другим сотрудникам театра. Когда строительство было окончено, архитектор остался работать в Опере для технического обслуживания здания и поселился неподалеку. В ту пору в хоре оперы пела девушка по фамилии Даэ.

Уродец полюбил ее, но она не ответила взаимностью. Кроме того, у Даэ был богатый покровитель. Однажды архитектор заманил ее в свой дом и продержал две недели в подвале. Что он там с ней делал — неизвестно, но затем все-таки отпустил несчастную, а сам исчез. Стали ходить слухи, что он покончил собой изощренным способом, замуровав себя в подземельях Оперы.

Именно после этого в коридорах театра стал появляться призрак, причем он проникал куда угодно, даже мог проходить сквозь стены. Гастон Леру, выслушав эту историю и записав ее, решил придать ей более зловещий вид. Таинственного уродца он назвал Эриком и сделал его гениальным композитором.

По его версии, «Ангел музыки» обучал юную хористку Кристину пению. 11уть на сцену он открыл ей с помощью жестоких преступлений. Кристине был «дан» знатный жених Рауль де Шаньи. Так появился знаменитый триллер «Призрак Оперы», опубликованный в 1910 году.

Вначале мистическое произведение широкая публика не заметила, но спустя 4 года была сделана первая его экранизация. Фильм назывался «Призрак скрипки», но создатели не удосужились купить права на экранизацию у автора. Леру, который был еще и юристом, добился запрещения показа «пиратской» кинокартины. Вторая экранизация появилась в 1925 году с названием «Человек с тысячью лиц».

Эта киноверсия считается наиболее жуткой, но в то же время и самой удачной. Лон Чейни, сыгравший в этом фильме главную роль, гримировался сам и умудрился создать поистине кошмарную личину из своего вполне симпатичного лица. Его «призрак» остался в этом плане непревзойденным.

В 1998 году знаменитый итальянский режиссер Дарио Ардженто сделал из «Призрака Оперы» эротический триллер. В его версии призрак в какой-то мере отходит от классической традиции. Он — мизантроп, убивающий всякого, кто осмеливается проникнуть в его подземные владения, точно так же, как люди убивают крыс, отважившихся показаться наверху.

Но и на этом история не завершилась. В 2002 году кинорежиссер Джоэл Шумахер предложил снять фильм-мюзикл. У Гастона Леру несчастный Эрик умер в подземельях Оперы от любви и тоски, но в экранизации мюзикла ему подарили другую судьбу. Специально для мюзикла была изготовлена маска, прикрывающая только часть лица Эрика.

Споры о том, существовал ли реальный прототип Призрака Оперы, ведутся до сих пор. Гарстон Леру утверждал, что существовал, причем из плоти и крови. Другие историки считают, что Призрак — это легенда. Во времена Парижской Коммуны в подвальных помещениях Оперы устроили тюрьму, расстреливали людей десятками, а трупы замуровывали в стенах коридоров.

Позже эти скелеты находили рабочие. В стенах и костях находили следы от пуль, а на полу — бурые пятна от некогда пролитой крови. Возможно, одна из жертв и стала тем призраком, который теперь незримо присутствует в здании и слушает прекрасное пение на месте для для почетных гостей.

Впечатлительные посетители Оперы часто видят в глубине пятой ложи темную фигуру в белой маске. Французский театральный критик мадам де Вэйль в 1994 году опубликовала результаты своих исследований. Ее многолетние изыскания подтверждают версию Гастона Леру.




Метки:



Комментарии:



Поиск по сайту
Комментарии
Архивы
© 2016   ОПТИМИСТ   //  Вверх   //