Разные медсёстры

Коллекция отличных, редких и эмоциональных гифок (gif, видеороликов), а также юмор в Телеграм канале КОЛЛЕКЦИЯ @collection_good.


Должность медицинской сестры появилась во время Севастопольской обороны 1854 года поинициативе хирурга Николая Пирогова. Тогда это были девушки из высшего общества,которые шли на службу добровольно. Фрагмент плаката Генри Дэвида Сутера о начале призыва медсестёр на войну, 1914–1918 гг.

«Без медсестёр отделение не смогло бы работать ни минуты». Женщины, которые становятся опытными медсёстрами, должны, прежде всего, любить свою работу: даже если все врачи вдруг пропадут из больницы, они смогут худо-бедно продолжить лечение. Мы отдаём честь профессии медсестры. Впрочем, они тоже бывают разные.

Тот, кто считает, что медсестра это просто недоврач, или помощник врача, совсем ничего не понимает в медицине.

Отношения врач-медсестра, скорее, напоминают отношения машинист паровоза-кочегар. Машинист это, конечно, круто, и на нем красивая фуражка, но без кочегара паровоз никуда не поедет. А вот без машиниста — поедет, правда, недалеко и с непредсказуемым результатом.

После такого долгого вступления поговорим о реанимационных медсестрах. Конечно, в сестринском мире они -элита и сверху вниз на них могут смотреть только медсестры операционные, хотя, на мой вкус, наши девочки намного круче, и сравнивать нечего.

Итак, что такое медсестры. Если развить метафору про машиниста и кочегара, то, исчезни из отделения все врачи, отделение худо-бедно могло бы продолжить работу. И для некоторых простых болезней даже не выросла бы смертность. Например, приступ астмы, анафилактический шок, диабетическая кома, как гипер-, так и гипо-, внебольничная пневмония. При внутрибольничной пневмонии могут быть проблемы с выбором антибиотика, если, конечно, есть, из чего выбирать. Неосложненные послеоперационные больные. Да мало ли еще что.

А вот без медсестер отделение не смогло бы работать ни минуты. Конечно, врачи и сами могут поставить капельницы и набрать кровь для анализов, могут даже сидеть за постом и следить за мониторами, но, поверьте, их хватит очень ненадолго. Открою страшную тайну, которая, на самом деле, не тайна для всех, кроме организаторов здравоохранения: чем больше больных приходится на одну медсестру, тем хуже работает отделение. Количество врачей здесь на двадцатьпятом месте.

Итак, медсестры — это те, кто в реальности лечит больных. А также отслеживает результаты лечения и доносит их до врачей. А еще успокаивает буйных, подбадривает упавших духом, проводит всякие санитарно-гигиенические мероприятия, ворочает, перестилает и моет полы. Последние три пункта — работа санитарок, но тех настолько мало, что на их помощь рассчитывать не приходится. Наконец, они заполняют кипу бумаг и журналов, вполне сравнимую с врачебной.

Вот привозят больного. Думаете, врач рванет смотреть-спасать-диагностировать? Ничего подобного. Он подождет, пока медсестра этого больного примет: разденет, уложит на койку, снимет ЭКГ и подключит к монитору, заведет все необходимые катетеры и возьмет анализы. И только после этого позовет врача, рассказав по дороге, что с больным и в каком он состоянии. Исключение -если больному требуется немедленная врачебная помощь. Но тогда врача уже будет ждать подготовленный аппарат ИВЛ, дефибриллятор, зонд Блэкмора, набор для пункции и прочие необходимые в реанимационном хозяйстве штуки.

Здесь стоит упомянуть еще один бесценный навык реанимационных медсестер: умение быстро оценить ситуацию. Во времена медицинской молодости мне случалось дежурить в режиме два врача на двадцать четыре койки, на которые умещалось по сорок-сорок пять больных. Причем, непуганая еще Печатниковым скорая помощь вообще не понимала, что отделение может быть закрыто. И вот стою я, ошалело глядя на паровозик из каталок, проезжающий мимо меня по направлению к сестринскому посту и в голове одна тупая мысль: «это все мне???»




Тут медсестра берет меня за ручку и подводит к больному с желудочно-кишечным кровотечением, тихо помирающему в хвосте паровозика со словами: «Доктор, давайте займемся этим, а с остальными девочки сами справятся». Пока мы занимались «этим», «девочки» периодически подходили с сообщениями: «Астма, на небулайзере раздышался, гормонов капает столько-то» или «Бабушка, таблеточек от давления переела, гляньте пленку (разворачивает передо мной ЭКГ), дофамин идет с такой-то скоростью». Или просто: «Парочка алкашей. Капаются». В общем, мы тогда выжили. Больные, в большинстве своем, тоже.

Итак, больной принят, врач его осмотрел, дал назначения, медсестра их выполняет. Дальше, если все идет по плану, врач должен осматривать больного через каждые четыре часа. Хотя, может и не осматривать, ведь медсестра принесет ему все данные о самочувствии-показаниях мониторов-что по дренажам-анализах. Можно строчить дневники, не заглядывая в блок. Конечно, такое возможно только если доверяешь медсестрам абсолютно и во всем. Ситуация, так сказать, идеальная. И вот тут самое время поговорить о том, какие медсестры бывают в реальности.

1. Опытные реанимационные медсестры

Опыт работы 10+. Золотой фонд любого стационара. Знают и умеют все. Абсолютно надежны. Когда такая сестра на дежурстве, врач может спокойно спать всю ночь. Расскажу байку. Когда мой первый заведующий, царство ему небесное, был молодым и красивым и еще дежурил, он отличался поразительной ленью.

Чтобы по ночам не вскакивать, он обучил медсестер всем премудрым врачебным манипуляциям: интубации, работе с аппаратом ИВЛ, установке центральных катетеров ну и всему такому. После этого он спокойно заваливался спать в десять вечера, а утром выслушивал отчет: за ночь столько-то реанимаций, из них столько-то успешных, эти на аппарате, этих с аппарата сняли... Это не совсем байка, ибо с теми медсестрами мне довелось поработать.

Шансы, что опытная медсестра наплюет на больных и займется своими делами равны нулю, ибо единственная причина, почему медсестра может столько времени работать в скоропомощной реанимации — это неподдельная любовь к своему делу. Других причин нет, ни одной. Такой вот вполне естественный отбор.

Кстати, из сказанного никак не следует, что опытная медсестра -это такая душка, обожающая пациентов. Она может ненавидеть алкашей и наркоманов, возмущаться, почему этот идиот три дня сидел дома с болями в животе или, скажем, с кровотечением, или проклинать родственников, которые довели старушку до пролежней во всю спину. Но все это она выскажет в сестринской. А скорее всего, не выскажет, потому что повидала столько, что смутить ее практически невозможно. И она давно смирилась с тем, что две трети ее пациентов идиоты. Но лечить их ей все же нравится.

2. Молодые медсестры

С опытом работы 2-3 года. Уже очень многое умеют. Зачастую, не всегда понимают, где заканчивается их зона ответственности и начинается зона ответственности врача. В реанимации эта грань очень тонкая. Еще не пуганные жизнью.

Именно такая медсестра может взять кровь из бедренной артерии у нафаршированного гепарином больного и потом с изумлением смотреть на гематому в виде семейных трусов. Или взять кровь из вены, в которую капается раствор. И хлопать глазками, наблюдая как врач носится вокруг больного, пытаясь понять, куда подевался гемоглобин. Или ковыряться мочевым катетером в больном с аденомой простаты, пока вместо мочи не польется кровь. Медсестра с хорошими перспективами сделает каждую ошибку по одному разу. С плохими -уйдет после первого вопля врача. Повторно такие ошибки делают только клинические идиоты, а они здесь выживают не дольше пары месяцев.

До состояния «опытные медсестры» дорабатывает примерно четверть. Остальные во-время понимают, что с уже приобретенными навыками они будут востребованы далеко за пределами скоропомощной реанимации. И что такая работа отнимает их от семьи, что дети видят маму, в лучшем случае, через день, а чем в это время занят муж, вообще неизвестно. И что год за полтора в медицинском стаже оборачиваются пятью за год в плане износа организма. В общем, большинство медсестер находят себе работу поспокойнее и правильно делают.

3. Новички

К ним относятся с симпатией и всячески тиранят. Их обучают, за ними присматривают, но за это сваливают на них всю тяжелую работу. Многие не выдерживают и сразу уходят. Оставшиеся делятся на три вида:

3.1. Будущие «молодые медсестры»

Сжимают зубы, терпят и работают. Изо всех сил обучаются. Никогда не боятся спросить совета и попросить помощи, даже если знают, что на них рявкнут или обворчат. Потом рыдают в сестринской так, что рявкнувшим становится стыдно. Потом начинают рявкать сами. И становятся частью коллектива.

3.2. Студенты-медики

Разумеется, после медучилища. Обожают врачебные манипуляции, предпочитают работать с врачом и за врача, порой забывая про непосредственные обязанности. Сестры на них обижаются, зато врачи с удовольствием обучают и сваливают на них свою работу.

3.3. Медсестры, которым здесь не место, но от которых почему-то невозможно отделаться

Работал у нас, например, племянник зам. главврача. Ну не умел наш старый шеф возражать начальству, а больше вьюношу никто не брал. Вьюноша жил в своем мире и в наш возвращаться не планировал. Обучаться был не способен. В общем, его отправили в вечную ссылку в блок с алкашами, рассудив, что там-то уж напортачить сложно. Рассудили, как оказалось, неправильно.

Как-то прибегает в палату охранник, дежуривший в блоке с алкашами (есть у нас такая должность, очень полезные и уважаемые люди) с криком: «Доктора, там больные э... того!» Доктора рванули в блок. Зрелище развернулось невиданное: сразу шесть реанимаций. По счастью, не все шестеро совсем остановились, некоторым хватило просто интубации и ИВЛ. Что произошло, нам объяснила врач-лаборант, которая позвонила поинтересоваться, как мы умудрились довести глюкозу в крови пациентов до абсолютного нуля. Оказывается, этот мальчик-мажор добавил в капельницы с глюкозой не по 6 единиц, а по 6 миллилитров инсулина. Если бы не Петя-охранник... А так алкаши оказались крепкими ребятами, все как один выжили. После этого случая мальчика отправили работать в рентгенологию. Под возмущенные вопли рентгенологов.

Еще один вариант — медсестры предпенсионного возраста, почему-то решившие доработать до пенсии именно здесь.

Обычно, чьи-то родственники-знакомые. Учиться не хотят, мнят себя профи, хотя до этого реанимационных больных видели только в сериалах. Это реальная беда, потому что с такой медсестрой приходится следить буквально за каждым ее шагом. Какое уж там поспать ночью! Как-то я вырвала из рук медсестры раствор для перидуральной анестезии, который она собиралась залить в центральную вену. Мои вытращенные от ужаса глаза ей не сказали вообще ни о чем, а в ответ на мои разъяснения она с идиотской улыбкой проворковала: «Доктор, ну что вы сердитесь, я же не знала!»

Другая дамочка попыталась залить вазелин вместо желудочного зонда в центральную вену. Увидевший это реаниматолог не поседел только потому, что и так был седой. К счастью, в таких случаях медсестры сами умеют создать настолько невыносимую обстановку, что «чья-то родственница» быстро решает дожидаться пенсии в более спокойном месте. Медсестры крайне не любят делать работу за других, а уж воспитывать новичков умеют так, что школьным учителям и не снилось.

Вообще, важно понимать, что медсестра всегда человек привычки. Креатива в ее работе немного, зато четких правил, алгоритмов и дисциплины хоть отбавляй. И на медсестрах сверхнагрузки отражаются куда более пагубно, чем на врачах. Ибо десять реанимационных больных на сестру — это значит, что назначения будут выполнены, а вот на уходе и присмотре сэкономим. Но надо понимать, что для наших больных уход и присмотр зачастую важнее лечения. Аппаратный больной будет неотсанирован, кислород в его крови упадет, а пневмония увеличится в размерах. Хотя, формально, все антибиотики прокапаются. Кожу не обработают и вот вам пролежни.

Да банально, больным в коме лишний раз не обработают рты. Да-да, если человек не глотает, то уже через сутки из его рта появляется очень специфическое амбре. Кстати, опытный врач уже при входе в отделение именно по этому запаху определит, как здесь ухаживают за больными. Или при совсем уж плохом раскладе, врач, войдя в блок, обнаружит синего больного с выпавшей интубационной трубкой, орущий монитор и никого рядом. На все врачебные вопли медсестра ответит, что у нее не десять рук и она занята, а когда выпала трубка она была в соседнем блоке, где больные тоже ее.

И что тут ответишь? Механизма привлечения к ответственности медсестры у нас практически нет, разве что за неправильно списанные наркотики. Во всем будет виноват врач. Врач прикроет глаза на неухоженных больных, сам отсанирует и обработает, лишний раз зайдет в блок, чтобы проверить, все ли в порядке, и вот у медсестры уже появляется привычка: недоухаживать, недоприсматривать. А на замечания отвечать, что вам надо, вы и делайте.

Дальше, если вернуть положенных трех больных на сестру, ей уже придется заново привыкать работать как надо. И процесс этот будет сложным, иногда — невозможным. Так что проще набрать новеньких и обучить с нуля, чтобы никакие «и так сойдет» им и в голову не приходили. И подождать лет этак десять.





Метки:


Комментарии:


Поиск по сайту
Архивы
© 2020   ОПТИМИСТ   //  Вверх   //