Нынешние люди не идиоты. Просто сейчас принято меньше думать и больше кушать


У любого человека, впрочем, как и у всей нашей сапиенс-популяции, есть только два пути – восхождение и деградация. Третьего пути попросту не бывает, поэтому топтаться на месте или пытаться изображать плавное скольжение по прямой линии – дохлый номер. Либо вверх к сияющим вершинам, либо – по наклонной плоскости, ко всем чертям.

Когда в обществе происходит скатывание, если уж не к чертям, то хотя бы к макаке? Если начинается снижение планки под удобный и приятный всем рефрен: «Народ любит что попроще!» Так сказать: «Дай папиросочку – у тебя штаны в полосочку».

Тёткам – про любовь с изменами, мужикам – про тюрьму и волю. И – «Владимирский централ» громко-громко, с выстраданным надрывом. А следом – «О, Боже, какой мужчина!» и – в пляс. Под водочку да со слезой. Как-любит-народ. Его так рисуют и поэтому так кормят.

Действительно, что можно предложить гипотетической бабище в цветастом халатике 62-го размера, которая любит майонез с крабовыми палочками, турецкие пляжи и приторно-эротичные запахи дешёвой парфюмерии (с лотка «Распродажа коллекции Dior – всё про 300 рублей»)? Только о великой страсти и таком же армагеддонистом (sic!) расставании! Надо давать потребителю то, что он сможет и главное – захочет сожрать. Закон природы. Точнее, закон маркетинга.

Посему телевизионный прайм-тайм плотно занят скабрезными ток-шоу, попсовыми кривляньями да криминальной хроникой – одноклеточные людишки требуют сального, жареного и круто перчёного. Наш Содом – в каждый дом! Среди интеллектуалов и «пролетариев умственного труда» сделалось модным вообще не смотреть телевизор. Подчёркнуто, нарочито не иметь понятия об эстрадных звёздах и прочих гламур-персонажах, чьи фамилии украшают обложки глянцевой прессы.

Как сказала одна дама: «Зверев? Был такой художник – Анатолий Зверев. Другого известного Зверева лично я не знаю!» Мне иногда кажется, что мой личный вкус, равно как и предпочтения знакомых мне людей, практически не учитываются ни боссами масс-медиа, ни издателями книг. Нет, конечно, я могу нарыть то, что мне нужно, однако, мне приходится искать.

Например, приобрести диск ренессансной музыки можно, однако, вам непременно скажут, что «…это под заказ и в данный момент на складе ничего такого не наблюдается, но вы можете оставить заявку…». А всё почему? Не массово. Оно есть, но оно для таких не-форматов, как ты, родная. Через пару недель привезём, а пока – слушай, что попроще и не выпендривайся.

Возможно, это правильно – удовлетворять потребности торжествующего большинства, которое (по мнению медиа-боссов) имеет полторы извилины, а посему воспринимает три аккорда и пару слов, да и те - с матерными вариациями.

Я бы согласилась, если бы не одно важное «но» - вкусы и потребности не появляются при рождении, они формируются мамой, школой, а более всего – окружающей средой. Причём, именно пресловутая «среда» воздействует на человека больше, чем даже семья. Общий настрой. Энергетика общества. Дух времени. Радиоточка. Она – важнейшее из искусств. Что она орёт, то потом орут все остальные.

Многие люди из поколений 1950-1970-х годов утверждают: их базовый уровень сформировался благодаря радиоспектаклям и музыкальной классике – всего того, чем каждодневно потчевал советский Агитпроп.

Нынешние люди не идиоты и не макаки. Просто в одну эпоху модно быть умным, а в другую – принято поменьше рассуждать и побольше кушать. Вот вам яркие исторические примеры. В Галантном Веке ценились остроумные и бойкие дамы, которые могли с ловкостью включаться в любой салонный разговор – от войны с Пруссией до корпускулярной теории, от нового сервиза маркизы Помпадур – до опытов с электричеством. Потому девочкам-аристократкам старались давать разносторонне-поверхностное, но блестящее образование, а на портретах Буше, Фрагонара и Ланкре мы можем видеть читающих или - пишущих красавиц.

А вот в викторианскую эпоху ценились женщины, которые не рассуждают, зато тверды в своих нравственных началах и досконально знают свой долг перед семьёй и мужем. Потому и воспитание часто сводилось к началам домоводства, умению музицировать (для своих-домашних) и, разумеется, к формированию истерично-истового отношения к половой нравственности. Разумеется, никто не посмеет сказать, что француженка 1750-х была от природы умнее, чем англичанка 1870-х – и ту, и другую создала, вырастила среда обитания. Вкусы нам диктует время.

Поэтому и сейчас семидесятилетняя бабулька (бывшая шестидесятница) ловко цитирует стихи и целые фрагменты из книг, а её унылая внучка только и умеет, что залудить селфи и набить статус в Твиттере. Или сказать, что училка задала прочесть странные книги, которых нет в Интернет-поисковиках: «Тупейший художник», «Трое в лодке, нищета и собаки», а ещё по программе «Горе о туман». Замечу, что я не придумала эти исковерканные названия известных вещей – я процитировала. А всё почему?

Когда та бабулька была ещё юницей с причёской «Бабетта» и в юбке-колокол, вся страна активно читала, грезила и рассуждала о кибернетике – тут хочешь-не хочешь, а включишься и побежишь вслед за физиком-лириком на его любимые Хибины.

Мода на умных порождает желание много читать. А что там, у внучки в планах? Типовое-глянцевое: «похудеть к лету до 42-х кг», «найти классного парня с деньгами», «стать топовым блогером». Спрашиваешь: зачем? «Чтобы не работать, а жить на средства от монетизации блога. Вы что, тётенька, жизни не знаете? Там люди по сто тыщ наваривают!» Дитя эпохи – сейчас так принято.

…Один мой знакомый юрист очень сильно удивился тому, что теле-казино «Поле чудес», стартовавшее ещё на заре разухабистых-девяностых, до сих пор существует и даже здравствует. В том же незабвенном формате! На другом канале имеется ещё один своеобразный долгожитель – проект «Дом-2», где молодые люди «строят отношения» и, вероятно, тоже ищут истину. Их первоначальная патронесса – леди Ксюша - из гламурной блондинки уже превратилась в валькирию протестного движения, а воз, то есть Дом и ныне там. Так сказать, воспитывает всё новые и новые поколения юношества, сдающего ЕГЭ.

А вот ещё – показывают неких умствующих господ. Все, как один, имеют учёные степени в области педагогики и психологии. О чём речь? Оказывается, не стоит пугаться того, что современное чадо не понимает Льва Толстого и даже путает его с другими Толстыми. И ударение ставит не там, где надо, а на первом слоге.

Просто мы привыкли мыслить категориями вечности и упорно считать книгу – лучшим подарком (как это было писано на советском плакате), а жизнь-то меняется и у нынешнего тинэйджера есть много таких мощных знаний, которые его родителям даже не снились!

Детки, мол, отлично разбираются в компьютерах и уже распознали превеликую возможность, открывающуюся в социальных сетях. Вы-то до сих пор, небось, думаете, что заработать можно только в офисе, а они уже кумекают насчёт монетизации своего канала на YouTube.

Другие интересы, а не гуманитарный коллапс! Да, они зевают в музеях и храпят в Консерватории, зато уже побывали во всех странах мира и сделали тысячу селфи рядом с пирамидами, фонтанами и ещё какой-то знаменитой падающей башней. «Время иное!» - снисходительно булькает дяденька-профессор и напоминает, что когда-то гимназисты учили латынь, греческий и мировую литературу в немыслимых объёмах, а уже советский школьник 1970-х с трудом волок положенный ему по разнарядке English и ненавидел писать сочинения про «лишних людей» с «ролью народа».

Правда, господин забывает, что во времена его джинсово-дискотечной юности наблюдалась повальная мода на чтение умных фолиантов и посещение театральных премьер, а наличие в доме книг считалось не просто хорошим тоном, но чем-то, вроде обязательной культурной программы.

Даже толстомордые спекулянтки и ушлые мальчики из автосервиса деятельно скупали книги, дабы не отставать от трендов эпохи. Также замечу, что в те годы одной из самых популярных пластинок считался диск «По волне моей памяти»: Давид Тухманов создал ряд композиций на стихи Максимилиана Волошина, Сафо, Шарля Бодлера, Поля Верлена, etc, а ритмичная песня «Из вагантов» крутилась даже на школьных танцульках.

Я ещё раз подчеркну – сие была не интеллигентская заумь, а именно – музон для народа. Эту пластинку бесконечно заводили молодые работяги из соседнего общежития, как, впрочем, и мы – школьники младших классов. Ещё примеры из 1970-х?

Вспомните ранний репертуар нашей вечной Аллы Борисовны. «Сонет» на слова Вильяма Шекспира. «Я больше не ревную» - со стихами Осипа Мандельштама. «Эти летние дожди» - текст Семёна Кирсанова. «Миллион алых роз» - песня, которую критики бранили за …низкопробность. Написана Андреем Вознесенским и посвящена судьбе Нико Пиросмани. И всё это подавалось нам, как весьма средненький уровень. Так, для людей с невеликими запросами и посредственным образованием.

Всё объясняется просто - планка нам ставилась невероятно высоко, и мы – пресыщенные, высокомерные интеллектуалы - хихикали над западными ровесниками.

Ещё бы – те не могли назвать имён своих королей и путались в датах Второй Мировой войны. И только сейчас мы поняли смысл – толерантный капитализм не понукает и не вдалбливает, а лишь предлагает. Ты имеешь право сделаться профессором и слушать песни на стихи Бодлера, а можешь оставаться дураком и всю жизнь полагать, что Бодлер – это разновидность кагора. Планка снижена. Ах, нет, она уже давно упала и её отнесли на свалку истории.

Помнится, даже Шариков читал «Переписку Энгельса с Каутским». Видимо, у него под рукой попросту не оказалось статьи «Правила пикапа для настоящих мачо».

А теперь я расскажу одну личную историю, которая хорошо иллюстрируют всё вышесказанное. Итак, в конце 1980-х - в начале 1990-х мне довелось поработать на междугородной телефонной станции. Барышней, которая кричит: «Абонент, ваш номер в Кзыл-Орде не отвечает!» и «Говорите, абонент, вам уже ответили и даже орут!»

Таким образом, меня окружали женщины-телефонистки, у которых в активе было 8 классов средней школы и училище. Вы, наверное, удивитесь, но они тоже читали книги и делились впечатлениями о прочитанном. Что я запомнила? «Дамское счастье» Эмиля Золя, «Жизнь» и «Милый друг» Ги де Мопассана, «Монахиня» Дени Дидро, «Консуэло» Жорж Санд, детективы Агаты Кристи, романы Валентина Пикуля. А однажды я увидела у одной молодой особы роман Даниэля Дефо «Молл Флэндерс».

Разумеется, все эти женщины считывали только житейскую, понятную им ситуацию; им был малоинтересен исторический фон всё той же «Консуэло». Но они читали именно это! Не самое плохое. Но!

Не потому что были шибко умные, а их дочери ныне – дубьё. Другого попросту не было. Не издавалось. Не давалось. Закрывалось. Поэтому самой лёгкой и развлекательной литературой был Мопассан. А потом – года этак с 1990-го – всё те же дамы стали покупать любовные романы в мягких обложках и детективчики с поножовщиной и кровавыми сценами; принялись хавать жёлтую прессу и обсуждать появившиеся телешоу.

Они деградировали за пару лет, и уже никакая сила не могла бы заставить их взяться за такую тягомотину, как «Молл Флэндерс». Человек тянется к тому, что попроще. Зачем ломать извилины, если можно этого не делать? В СССР нижний предел оказывался сам по себе довольно высоким – ниже Пикуля и Жорж Санд падать было нельзя. А потом оказалось, что можно. И – нужно. То есть модно.

В этой связи мне вспоминается пожелание, написанное читательницей одного современного гламур-журнала: «Поменьше заумных статей! Вас стало неинтересно читать!» Ещё раз повторюсь – сие было сказано на сайте дамского глянцевого издания, пишущего из года в год про похудание, секс на пляже и психологию взаимоотношений в офисном серпентарии. Им посоветовали не умничать!

…В замечательной советской книжке «Незнайка на Луне», которую нынче многие любят цитировать, упоминалась так называемая газета для дураков. «Да, да! Не удивляйтесь: именно «для дураков». Некоторые читатели могут подумать, что неразумно было бы называть газету подобным образом, так как кто станет покупать газету с таким названием.

Ведь никому не хочется, чтобы его считали глупцом. Однако жители на такие пустяки не обращали внимания. Каждый, кто покупал «Газету для дураков» говорил, что он покупает ее не потому, что считает себя дураком, а потому, что ему интересно узнать, о чем там для дураков пишут. Кстати сказать, газета эта велась очень разумно. Всё в ней даже для дураков было понятно.

В результате «Газета для дураков» расходилась в больших количествах…» Иной раз создаётся такое впечатление, что большинство наших СМИ уже можно объединять под общей вывеской «Газета для дураков» и не размениваться на броские названия и прочую «эсклюзивность контента». А ещё в «Незнайке…» была глава, посвящённая так называемому Дурацкому Острову.

Напомню, что туда ссылали всех неблагонадёжных людей и отщепенцев, которым давалась …полная свобода действий – круглые сутки там крутилось развлекательное кино, бесперебойно работали столовые с вкусными блюдами, предлагались игры и забавы самого разного уровня. Однако же в конечном итоге, люди на том острове превращались в баранов. Не в фигурально-образном смысле, а в прямом.

Говорилось, что на Острове какой-то «странный воздух», способствовавший столь неприятным метаморфозам, хотя мы – дети понимали: атмосфера ни при чём. Это именно безделье и развлечения превращают людей в животных. Абырвалг!

А вот ещё – житейская история. Тридцатилетняя дама-менеджер произнесла, что Мцыри (во множественном числе!) – это такие дикие люди, которые жили среди животных, а если их зачем-то пытались приучать к человеческому бытию, то эти самые мцыри сбегали обратно в леса да в горы. Потом выяснилось, что она перепутала, точнее - смешала Мцыри, Маугли и …Йети.

Замечу, что сия фемина отлично училась в школе (с её слов!), и была среди первых в своём финансовом ВУЗе. Что читают ныне тридцатилетние «бывшие отличницы»? Из замеченного – «50 оттенков серого», журнал Marie Clair, брошюры по прикладной психологии, а также многочисленные фолианты на тему «Что бы такого сожрать, чтобы похудеть?» Теперь вспоминаем моих телефонисток! Вы полагаете, дамочка-менеджер – дурёха? Нет.

Просто ей неохота после трудного и довольно унылого рабочего дня распутывать словесную вязь какого-нибудь Набокова. «Лолиту» она заглотнула когда-то (ибо сие – с пикантным душком!), а всё остальное – мимо. Кому это надо?

Вот выйду на пенсию – прочту вашу «Защиту Лужина». Не прочтёшь. Облюбуешь засаленный цветастый халатик, поставишь перед собой майонезное хрючево и будешь смаковать 101 серию «про любовь под пальмами». Разве что опять не накроет нас всех тотальная мода на умное чтиво.

Именно мода, актуальность, поголовность создают фон нашей жизни. Да. Я могу читать Бодлера, но очень скоро мне будет не с кем. Абырвалг!




Метки:



Комментарии:



Поиск по сайту
Комментарии
Архивы
© 2016   ОПТИМИСТ   //  Вверх   //