Ну, Света, вы все чокнутые, я не знаю…


- Вашу мать, - говорит он, - ну невозможно. Невозможно!
- Что такое?
- Это даже не впечатлительность у нее! Это даже не знаю, как назвать.
- Ну что, что?

- Понимаешь, отец подарил ей безделушку. Брошку - дешевенькую такую, букетик с разноцветными стекляшками. Прихожу я домой, смотрю - она рыдает. Я испугался, думал - случилось что. Оказывается: она тихо-мирно сидела в кресле, болтала ногой, рассматривала эту брошку.

И вдруг представила, что началась революция, дальше голод, разруха, трупы на улицах, пришлось всей семьей бежать, и дядю убили по дороге, а тетя осталась в своем доме и ее расстреляли, а они все бегут, добрались до какого-то города в чужой стране и там, в нищете, отец ее умирает от потрясений и болезни. Ну, дальше похороны, опять нищета, другая жизнь, от прежней ничего не осталось, все пошло прахом.

И вот прошло уже двадцать лет - это она все себе представляет! - она сидит, состарившись, в кресле, и держит в морщинистых пальцах единственный предмет, сохранившийся у нее на память об отце - эту дешевенькую брошку, букетик со стеклянными цветочками. Больше ничего нет - ни писем, ни фотографий - только брошка, которую он когда-то принес для нее.

И вот, представив все это, она, понимаешь, сидит - и рыдает! Над брошкой рыдает! Которую ее живой, блин, папенька подарил ей три часа назад. Можешь себе такое представить? А?

Подожди, ты что, ревешь, что ли? Вы что все, ополоумели?? Он живой, понимаешь, живой! Ну, Света, вы все чокнутые, я не знаю.




Метки:



Комментарии:

  • https://plus.google.com/100452587446626480669 Vladimir Kudruavtsev

    Кроме того, что девочки легко плачут в рассказе нет ничего особенного. В детстве подобные фантазии на тему предмета или мимолетной картинки были у меня делом обычным. Думаю, что и у многих. Другое дело так войти в образ, чтобы заплакать, это конечно удивительно.



Поиск по сайту
Комментарии
Архивы
© 2016   ОПТИМИСТ   //  Вверх   //