Начало истории пионерлагеря «Артек»

Коллекция отличных, редких и эмоциональных гифок (gif, видеороликов), а также юмор в Телеграм канале КОЛЛЕКЦИЯ @collection_good.


95 лет назад, 16 июня 1925 г., в четырёх брезентовых палатках разместились 80 пионеров из Москвы, Иваново-Вознесенска и Крыма. Дело было в крымском урочище Артек у подножия горы Аю-Даг.

С этого момента принято отсчитывать историю одноимённого пионерлагеря. Лучшего. Образцово-показательного. Своего рода визитной карточки пионерской организации. Многие даже полагают, что «Артек» был главным пионерлагерем страны.

Однако в реальности «Артек» тогда был всего лишь первым санаторным лагерем и предназначался для детей, страдающих туберкулёзной интоксикацией. Режим, распорядок, фактическое отведение врачам и завхозам главенствующего положения, жёсткая административная иерархия – в санаторном учреждении это необходимо. Но так ли нужно для других лагерей?

А другие пионерские лагеря к тому моменту уже были. И принципы их организации настолько отличались от памятного многим пионерского детства, что теперь в это трудно поверить.

Прежде всего это было естественным продолжением жизни пионерского отряда, который самостоятельно выбирался за город и организовывал лагерь – так, как считал необходимым. «Три палатки стояли под деревьями по окружности лужайки. В стороне горел костёр. Возле костра хлопотали дежурные, варили обед», – это строки из романа Анатолия Рыбакова «Бронзовая птица», по которому снят известный фильм. Как ни странно, исторически он вполне достоверен. Несмотря на то что начинается в нём всё со странного события. Один из главных героев, Миша Поляков, становится вожатым всего лагеря: «Сложная задача – командовать товарищами, с которыми сидишь на одной парте…»

Сложная? Невозможная в принципе! Об этом говорит личный опыт тех, кто бывал в пионерлагерях: виданное ли дело, чтобы главным там был мальчишка?! Однако для тех времён вполне нормальное. Более того – желательное, о чём писали в журнале «Вожатый» 1924 г.: «Задача состоит в том, чтобы организовать выдвижение из детской среды наиболее подготовленных и серьёзных 14–15–16-летних мальчиков и девочек… Надо действовать смелее, выдвигать самих пионеров в местные бюро, которые руководят детским движением».

Но даже если «главным в лагере» был не свой брат-пионер, а комсомолец, назначенный сверху, начальника в нём тогдашние пионеры видеть отказывались. И право это было зафиксировано. Надежда Крупская, стоявшая у истоков пионерской организации, не раз повторяла: «Вожатый должен стремиться стать как можно ближе к пионерам, стать их товарищем». Но зачем это надо, и кто вообще сказал, что это правильно? Да вот кто: «Ленина миллионы людей называли товарищем, потому что он стремился быть как можно ближе к тем, кем он руководил».

Ленину, который в начале 1920-х гг. был вполне себе жив, возражать никто бы не посмел. И потому в порядке вещей были ситуации, подобные той, что описал в своей книге «Когда я был вожатым» Николай Богданов: «В Гороховском переулке, в школе, которая держала рекорд по количеству разбитых окошек, собрался самостийный пионерский отряд. Совет отряда написал письмо, требуя прислать вожатого «какой у вас самый лучший, а то не примем». По меркам более поздних времён дерзость неслыханная. Но и это не всё. Пионеры устраивают вожатому натуральный допрос, по результатам которого выходит вот что: «Подойдёшь в вожатые. Давайте голоснём, ребята!»

Мы – пионеры, дети рабочих

Эту книгу сейчас назвали бы документальной повестью. Богданов действительно прибыл в Москву по комсомольской путёвке, в 17 лет стал вожатым и организовал один из первых пионерлагерей, который по части «материального обеспечения» вдрызг проигрывал даже лагерю из книги «Бронзовая птица». У тех пионеров были хотя бы палатки. У этих – вообще ничего. До Коломенского, которое тогда было обычным подмосковным селом, добирались пешком – а это 17 км. Явившись на место, выстроили шалаши, в которых и жили. Научились плести корзины. Договорились с директором совхоза об обмене корзин на свежий хлеб. Договорились с местными артельщиками помогать на огороде, за что получили плату натурой – «пионерские грядки» с овощами, а также долю в артельном котле. Ходили по домам, паяли-лудили металлическую посуду – тоже не бесплатно, в основном за продукты. Устроили для местных ребят ликбез. Ловили рыбу, купались, загорали, играли в городки и волейбол, провели военно-спортивную игру…




Такое было не только в Москве. Такое было повсюду. Вот чем занимались, например, в пионерлагерях Курганского и Шадринского округов, что на Урале: «В поле было проведено 8 экскурсий с целью изучения почвы и прополки картофеля. Проведено два спортивных соревнования и две массовых игры с привлечением деревенских ребят. Писали заявления неграмотным крестьянам»...

Полная свобода, самостоятельность и самоуправление. Раздолье для инициативы. Да плюс ещё «строительство нового мира». И, главное, не нужно было никого заставлять. Все и так понимали, для чего нужно трудиться и как нужно отдыхать. Сами, без взрослых. А это дорогого стоит. И, в общем, может дать законный повод гордиться пионерским галстуком. Слова «пионер – всем ребятам пример» тогда ещё не стали пустым сотрясанием воздуха и мишенью для сарказма.

Кто хозяева лагеря?

Это произошло значительно позднее. Но первым шажком в гибельном направлении стал 1929 год. Тогда пионерскую организацию решили совместить со школой по принципу «класс – отряд, школа – дружина». Вожатый из ребячьего лидера, которого они могут выбирать, стал штатной должностью – чуть ли не низшей в школьной иерархии. В лагерях стали равняться на тот же успешный и показательный «Артек» – главным теперь был не вожатый, а начальник или директор. Инициатива? Всё без вас продумано, на самом верху! Шалаши? Упаси бог – это ж антисанитария! Добывать еду и готовить своими руками? Пусть ответит товарищ Дынин, начальник пионерлагеря из фильма Элема Климова «Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещён»: «Какие вам корпуса понастроили! Какие газоны разбили! Водопровод! Телевизор! Газовая кухня! Парники, цветники, мероприятия…»

Это всё, конечно, хорошо, но взамен пришлось отдать самое главное. Принцип «дети – хозяева лагеря», как и многие другие хорошие и точные пионерские законы, мало-помалу стал даже не пустышкой – прямой ложью. А пионерский галстук – аксессуаром одежды.


Шел 1924 год. В тихий осенний вечер у подножья горы Аю-Даг гулял приехавший из Москвы председатель ЦК РОКК Зиновий Петрович Соловьев. Он отдыхал, любовался природой и полной грудью вдыхал живительный горно-морской воздух, но мысли его были далеко. Он мечтал создать такие учреждения, «где врачи имели бы дело не только с отдельным ребенком, а с организованным детским коллективом». Лагерь-санаторий, «лечебный лагерь» — вот что хотелось создать Зиновию Петровичу.

Соловьев объездил ряд мест на побережье, побывал в Коктебеле, под Феодосией, в Судаке, прикинул там и сям, но ни на чем не мог остановиться. И вот, проводя свой отпуск в Гурзуфском отделении Крымской военно-курортной станции (ныне санаторий «Гурзуфский»), Зиновий Петрович гулял в урочище Артек, который удовлетворил его во всех отношениях. Особенно радовало Соловьева то обстоятельство, что лагерная площадка может быть со временем расширена, и лагерь «развернется в настоящую пионерию». Место под лагерь было выбрано как нельзя удачнее.

Не менее удачен был и выбор организатора лагеря. Открыть к началу 1925 года санаторный лагерь было поручено доктору Федору Федоровичу Шишмареву, бывшему тогда заведующему детским санаторием в Ай-Даниле. Ф. Ф. Шишмарев сыграл значительную роль в жизни «Артека». Ему он отдал восемь лет своей жизни, бессменно работая главным врачом. Исключительный организатор, великолепный врач — он являлся правой рукой 3. П. Соловьева в деле организации лечения и отдыха детей.

И вот 16 июня 1925 года в уютной и живописной бухте, где тишину и покой охраняет древний Аю-Даг, зазвучали детские голоса и под звуки горна взвился ввысь флаг, – так в Крыму открыл свою первую смену лагерь-санаторий Общества Красного Креста РСФСР в «Артеке».

80 первых артековцев жили у самого моря, в четырех брезентовых палатках. В первый год «Артек» за четыре летних смены принял 320 детей. Детей разместили в палатках, высоких, светлых, с деревянными полами. Убранство их хотя и состояло из простых деревянных, обтянутых парусиной кроватей, деревянных табуретов и грубых прикроватных столиков, однако все содержалось в большом порядке. Самая лучшая палатка была отведена под изолятор, который стоял от лагеря на приличном расстоянии.

Для столовой использовалось место под тентом, где было расставлено шесть обеденных столов и скамейки. И хотя столы были грубо сколочены из теса, их покрывали белоснежными скатертями, а у каждого пионера была салфетка и кольцо для салфетки.

Был организован также клуб-библиотека, под который была отведена лучшая комната потемкинского домика. Там же хранились собранные детьми коллекции, инструменты и материалы для ручного труда. Около самого моря, где теперь разбита «костровая» площадь с амфитеатром для гостей, была физкультурная площадка. Здесь же в первые годы зажигались артековские костры.

И зарубежные гости стали посещать и учиться… В двадцатые годы в лагере отдохнули дети и взрослые из Германии, Голландии, Дании, Норвегии, Польши, Франции, Швеции.

Экскурсий в те годы проводилось мало. Это было сложным делом, так как в «Артеке» не было транспорта, и нередко ребят из Севастополя доставляли на запряженных в дрожки лошадях. Первые годы работы лагеря показали: надо было подумать о постоянных зданиях вместо палаток, которые совсем не оправдали себя. Днем, когда нужно было проводить «тихий» час, — жарко, ночью — холодно. Особенно это стало ясно, когда однажды ночью разразилась буря с сильной грозой, разрушила палатки и перепугала детей.

В 1930 году «Артек» отметил свое пятилетие открытием второго лагеря. Теперь в «Артеке» появились «Нижний» и «Верхний» лагеря. Количество детей в смену увеличилось с 80 до 200, а в год - до 2 040 детей.

1932 год. В лагере организована Детская техническая станция и Музей «Артека». В 1934 году «Артек» впервые посетил глава советского правительства — Вячеслав Михайлович Молотов. В 1936 году принято решение правительства о передаче «Артеку» расположенного рядом дома отдыха ВЦИК СССР «Суук-Су», что значительно расширило владения лагеря.

1941 год. В «Артек» только заехали дети, и 22 июня началась Великая Отечественная война. Уже на следующий день артековцы отправили в Москву телеграмму: «Отдыхая в солнечном «Артеке», всегда готовы к защите Родины». Эту смену позже назовут самой длинной в истории лагеря, длилась она три с половиной года.

Двести детей из западных областей и республик, оккупированных фашистами, вместе с вожатыми, врачом и начальником лагеря были эвакуированы в глубокий тыл - алтайский курортный поселок Белокуриху. Там ребята и взрослые жили по артековским законам, помогали семьям фронтовиков, раненным в госпиталях, собирали металлолом на строительство танков и самолетов. А сам «Артек» был оккупирован. 15 апреля 1944 года войска Отдельной приморской армии освободили «Артек». Лагерь лежал в развалинах.

Несмотря на тяжелое военное время, были начаты восстановительные работы, и спустя три месяца - 6 августа 1944 года - лагерь принимал 500 крымских детей.

В юбилейную смену 1945 года в «Артеке» отдыхало уже 1200 ребят. 13 сентября газеты и радио сообщили радостную весть: в связи с двадцатилетним юбилеем, за выдающиеся заслуги в деле воспитания пионеров и школьников Всесоюзный санаторно-пионерский лагерь «Артек» им. В.М. Молотова награжден Орденом Трудового Красного знамени.

В 1945 году на карте «Артека» появляется детский лагерь «Кипарисный», бывший дом отдыха «Колхозная молодежь».

В 1950-е в«Артек» приезжают все больше и больше зарубежных делегаций из Болгарии, Венгрии, Чехословакии, Германской Демократической Республики, Китая, Монголии, Кореи, Польши, Румынии, Вьетнама, Франции, Финляндии, Англии, Норвегии, Люксембурга, Западной Германии, Бельгии, Албании, Швеции, Дании. Посещает лагерь много знаменитых политиков, выдающихся деятелей культуры и спорта со всего мира. Среди них премьер-министр Индии Джавахарлал Неру с дочерью Индирой Ганди (в будущем она тоже станет премьер-министром Индии); Хо Ши Мин – первый президент Социалистической Республики Вьетнам...

Основным педагогическим принципом воздействия на ребёнка вожатые считали живое, конкретное дело, которое целиком и полностью должно захватить ребят. Становятся популярными эстафеты Мира и Дружбы, фестиваль «За мир и дружбу», Международные спортивные игры «Дружба».

В девяностые наступают сложные 90-е годы. Все перемены, которые происходили в стране, отразились на лагере. С июня 1991 года «Артек» становится Международным детским центром, который начинает искать новые пути в экономическом пространстве. Международная деятельность приобретает иные черты. Удачным опытом стала программа обменов со школами США. Эта программа стала для «Артека» первым опытом преодоления границ в образовании.

В эти годы зародились такие известные международные программы, которые существуют до сих пор – это Международный детский кинофестиваль «Артек» (проводится с 1993 г.), Международный аэрокосмический фестиваль «Сузір′я Артек» (с 1994 г.), Международный конкурс-фестиваль детского и юношеского творчества «Наша земля – Украина», Международный детский хоровой конкурс-фестиваль им. Г.Струве «Артековские зори» (с 1998 г.).





Метки:


Комментарии:


Поиск по сайту
Архивы
© 2020   ОПТИМИСТ   //  Вверх   //