Курортные сезоны Белорусского моря


Еще несколько столетий назад на юге Беларуси, на месте нынешнего Полесья, находилось большое море, о существовании которого говорят древние карты, хроники и археологические находки. До сих пор археологи находят каменные сандали и берестяные полотенца, используемые отдыхающими в то время, а также огромное количество античных горшочков, которые использовались для еды на пляжах. Судя по их количеству, курортные сезоны на побережье Белорусского моря в то время били все рекорды.

Первое упоминание об этом Белорусском море сделал Геродот еще 2500 лет назад. Он писал, что на территории нашего современного Полесья расположено большое озеро или море. Сегодня историки условно называют это море – морем Геродота, но правильнее, наверно, называть его Белорусским морем – ибо оно располагалось на территории нынешней Беларуси.

Историки Крашевский и Киркор когда-то писали, что крестьяне в пойме Припяти находят якоря и целые суда, заполненные картофелем, – на весьма большом расстоянии от реки, посреди полей. Откуда они там могли взяться?

Иосиф Игнатьевич Крашевский (1812-1887) писал в книге «Воспоминания Волыни, Полесья, Литвы» (именуя Литвой территорию нынешней Центральной и Западной Беларуси, что совершенно верно, ибо это и есть историческая Литва, а не Беларусь):

«Болота, окружающие Пинск, множество рек и речек, пересекающих край, и весенние их разливы, затопляющие огромные пространства, были, вероятно, причиною существующего и теперь предания, что некогда Черное море простиралось до самого Пинска, но какой-то могущественный князь Киевский раскопал горы и спустил задерживаемые ими воды, отчего на месте моря остались одни болота. В доказательство этого приводят якоря, находимые при обработке полей, но где эти якоря, когда и кем найдены – это неизвестно».

Адам Киркор в третьем томе «Живописной России» (1882 года издания, под общей редакцией П. Семенова-Тяныпанского, вице-председателя императорского Русского Географического общества) писал:

«Тысячелетия отделяют нас от той эпохи, когда вся долина Припяти, или так называемое Пинское Полесье, было тоже залито водою, - морем Геродота, страною вод и туманов, как ее называет Дарий Гистасл в своем походе на скифов». И далее: «Совсем другой мир представляет нам долина Припяти, это Геродотово море. Для естествоиспытателя, даже для поэта, здесь найдется такое обилие предметов для изучения, для наблюдений, какого почти невозможно встретить в других местах».

Современный исследователь темы А. Бутевич в статье в газете «Звязда» (2001, №90-91) находит доказательство существования моря Геродота на Полесье «...і ў своеасаблівым клімаце, і ў той рэдкай цеплалюбівай расліннасці, якая жыве толькі тут, і шмат у чым яшчэ, што ўласціва выключна гэтаму воднабагатаму краю».

Существование огромного озера или моря в районе Брестской области и восточнее подтверждают и средневековые карты С. Мюнстера (1540 г.), Я. Гастальди (1562), К. Вопеля (1566 г.), Г. Меркатора (1609 г.). Там оно называется Сарматским. Название, видимо, условное и происходит от общего названия Восточной Европы как Сарматии. На картах XVI века Сарматское море-озеро имеет форму подковы.

На берегах этого обширного водоема располагались Шерешево и Жировичи, из него вроде бы вытекали (или питали его?) речки Ясельда, Нарев и Лесная. На картах С. Мюнстера и К. Вопеля озеро называется «Sarmatica palus». Как считает белорусский историк Александр Ильин, «название «palus» (болото) характеризует уже тогда явную тенденцию к заболачиванию и пересыханию озера, вызванную геологическими процессами, в частности, поднятием Балтийской плиты, вследствие чего понижался уровень воды в водоёмах и речках». На карте Я. Гастальди водоём называется озером: «lago» (по-итальянски – озеро). На Радзивилловской карте ВКЛ (1613 г.) на месте озера мы видим уже подковообразное болото, в середине – местечко Берёза.

Ильин пишет: «Остатками Сарматского озера можно считать знаменитое Дикое болото (на водоразделе рек Ясельда и Нарев) и, возможно, Споровское, Белое и Чёрное озёра. На польских военных картах 30-х гг. ХХ в. пойма р. Ясельды очень заболочена, а сама река имеет несколько протоков. На наличие там Сарматского озера в древности указывает почти полное отсутствие в этом районе археологических памятников и находок кладов».

В статье «Споры Пракопія Кесарыйскага і Спорава» лингвист Ф. Климчук пишет, что современное Споровское озеро названо по древнему названию славян – споры. Это является, конечно, полной выдумкой, так как никаких славян на территории Беларуси исконно не проживало: тут жили только западные балты, и лишь редкими островками были раскинуты появившиеся в позднее время колонии славян ляхов (поляков) и полабов.

Еще один интересный нюанс: по предполагаемой береговой линии озера проходят и южные границы Литвы (XI-XII вв.), очерченные Н. Ермоловичем, и южная граница хоронима «Литва» (на основе исследований Н. Спиридонова).

На гравюре «Литва» в книге Г. Шеделя «Всемирная хроника» (XV в.) изображены города и замки на берегу озера. То есть, Литва западноевропейцам представлялась как страна на берегу Сарматского озера (моря).

Знаменитый арабский географ и картограф Ал-Идриси тоже указывает на существование Белорусского озера-моря, называя его именем «Тэрми».

Когда и куда исчезло море?

Итак, согласно Геродоту, 2500 лет назад самым крупнейшим озером Европы (настолько большим, что оно именуется морем) было Белорусское море. Вода его, конечно, была пресной, ибо оно появилось при таянии ледников. Судя по тенденции исчезновения моря-озера, некогда оно было вообще огромным, ко времени Геродота было очень большим, к средним векам было намного крупнее озера Балатон в Венгрии, в период расцвета ВКЛ постепенно превращалось в болота. В наше время огромная часть этих болот была уже высушена, там что-то сеяли и жали, а ныне большинство этих земель брошены из-за вырождения белорусского села (в период с 1960 по 2005 годы исчезло 85% белорусских сел и хуторов). Эти земли снова стали фактически необитаемыми.

Один из наших читателей писал нам, жалуясь на совхозы, что мелиорация болот Полесья является экологическим преступлением, ибо этим уничтожается тысячелетний баланс природы, уникальная флора и фауна болот и т.д. Как видим, читатель ошибается: никаких болот тут не было еще несколько веков назад. А было море.

Почему же оно исчезло?

Александр Ильин считает, что это вызвано геологическими процессами, «в частности, поднятием Балтийской плиты, вследствие чего понижался уровень воды в водоёмах и речках».

Это, конечно, абсолютно неверно, ибо Балтийская плита поднимается медленно, ее подъем никак не может стать причиной столь быстрого исчезновения Белорусского моря.

На мой взгляд, все гораздо проще. Белорусское море образовалось в низине Полесья еще при отходе ледников – по совершенно естественным причинам: там собиралась вода с обширных окрестных территорий, и в итоге несколько тысяч лет назад тут было огромнейшее, но мелкое море. Когда ледники окончательно ушли, это море стало питаться только впадающими в него реками, а поскольку водосток был меньше испарения моря, то оно стало постепенно мелеть. Вот так оно мелело и мелело, в обмеленных частях становилось болотами – а затем высыхали и сами болота. Налицо очевидная тенденция исчезновения этих болот и без всякой их мелиорации.

Настоящие озера существуют за счет впадающих в них рек. В нашем случае это море-озеро являлось водой ледников – то есть огромной лужей в Европе, оставленной Ледниковым периодом.

Когда исчезло Белорусское море?

Как гласит легенда, «некогда Черное море простиралось до самого Пинска, но какой-то могущественный князь Киевский раскопал горы и спустил задерживаемые ими воды, отчего на месте моря остались одни болота».

Все историки дружно отмахиваются от предания – мол, вымысел народа. Но я полагаю, что просто так народ ничего не выдумывает: всегда что-то лежит в основе преданий. Что в данном случае?

«Могущественные» князья Киева существовали только в период Киевской Руси, и власть их на территории Беларуси была совсем недолгой, только около 80 лет. Полоцк очень быстро освободился от кабалы Киева и вернул свою самостоятельность и государственность. Это что касается востока Полесья. А запад Полесья в период Киевской Руси и Полоцкого Государства – им и не подчинялся: там была Ятвягия (Ятва) ятвягов (столица княжества Дорогичин). Там вообще не было никогда власти князей Киева.

А вот в период ВКЛ Брестщина входила в состав Волыни, и, предположу, под «киевским князем» тут может подразумеваться волынский князь. Кстати, на французской карте 1700 года Брест (Brest) – это город в Центральной Польше, а у нас это не Брест, а Briescie. Брестом он тогда не назывался. Вокруг Припяти не обозначено море-озеро, ибо оно уже не существовало, но всюду надписи: территория болот. Так вот наш Briescie на карте обозначен частью Волыни: юридически эти земли тогда и входили в состав Волыни, то есть, говоря сегодняшними понятиями, были украинскими.

Возможно, какой-то местный волынский князь на Брестищине в середине второго тысячелетия организовал осушение затопленных земель, вырыв какие-то каналы. Что и осталось в народной памяти. Во всяком случае, трудно себе представить, чтобы такими задачами занимались князья эпохи полоцкого Всеслава-Чарадея. В ту пору, в начале тысячелетия, для постройки каналов и для осушения земель не было ни сил, ни вообще смысла.

Историки Западной Европы упрямо указывают, что Литва была на озере-море. Взгляните, например, на гравюру XV в. из "Всемирной хроники" Г. Шеделя. Острова с крепостями, а между ними плавает большой парусник. Территориально этот рисунок относится именно к землям ныне Центральной и Западной Беларуси, ибо в тексте говорится именно о наших городах.

Интересно, что некоторые белорусские археологи считают, что Пинск был основан как портовый город большого озера – но озера, которое быстро исчезало и освобождало для жизни большие свободные территории. И именно сюда мигрировало в XIII-XIV веках несколько сот тысяч пруссов, которые до сих пор тут сохранили в селах свое национальное лицо и свой прусский язык. Белорусское море, отступая, отдавало территории для людей – крайне удобные для жизни, ибо не надо было выкорчевывать лес, а почва была весьма плодородной.

Я не думаю, что западноевропейские историки и картографы пользовались устаревшими данными, сообщая о существовании у нас Белорусского (или Сарматского, как они называли) моря в XVI веке. В веке XVII это море уже катастрофически высыхает, становясь более похожим на болото чудовищных размеров. Почему? Ответ находим у историков: XVII век был крайне жарким и сухим, постоянная засуха вызывала везде в Европе голод и пожары. Нечто аналогичное в нашей погоде мы наблюдаем и сегодня.

Белорусское море и история народов

Существование Белорусского моря, в принципе, не особенно меняет наши основные взгляды на исторические процессы в Европе, ибо как мы считаем сегодня разделением между этносами белорусов и украинцев болота Полесья, так равно можем считать и море Полесья – суть та же.

Нынешние белорусы – это предки западных балтов, а украинцы – предки сарматов (правда, культура западных балтов доходила археологически до Киева, но все равно подавляющая часть исторической Украины – не балтийская, а сарматская или на ее востоке – финская).

В древности север моря населяли западные балты, а юг – волыняне, этнически сарматы (как это показывают нынешние исследования генофонда населения регионов). Море было крайне мелким, как и Азовское море: в среднем не более 7-10 метров в глубину. Но этого было достаточно для судоходства.

И вот здесь возникает очень интересный вопрос: а где же все-таки пролегал знаменитый путь «из варяг в греки»?

Некоторые историки-скептики (не стану называть их уважаемые имена) объясняют находки на полях Полесья якорей и судов тем, что, дескать, не было никакого Белорусского моря, а это просто был волок судов по суше – между реками. Но тогда у меня возникает встречный вопрос: а куда же волокли эти суда? Чтобы дальше плыть по болотам Полесья? И чтобы через эти болота доплыть в Днепр?

Сегодня это невозможно, но тысячу лет назад это и было кратчайшим путем.

Традиционно историки называют главным путем «из варяг в греки» маршрут, лежавший куда как восточнее: через Смоленск. Который действительно и был основан варягами Скандинавии как промежуточный пункт. Но, думаю, главный маршрут все-таки в то время проходил тут. И доказательств этому – и прямых, и косвенных – можно найти очень много. Ибо эти нынешние болота Полесья тысячу лет назад не были болотами, а были судоходны.

Утерянное море

Человеку нужна вода, ибо он рожден из воды и сам из воды состоит на три четверти. В этом плане народы, живущие внутри континента, являются обделенными. Никто даже не задумывается над простым вопросом: почему все люди стремятся в отпуск к морю, а почти все курорты – это именно морские курорты?

Есть у нас в крови тяга к большой воде. И есть ощущение усталости от жизни вне большой воды. Такова наша природа.

В этом весьма повезло Венгрии, которая имеет свое огромное озеро Балатон – и большинство венгров находят там умиротворение, не посещая морские курорты. Сегодня у Беларуси нет, конечно, такого огромного озера, но зато есть масса небольших озер, оставшихся в подавляющей массе от Ледникового периода. Из-за обилия этих озер Беларусь часто и называют синеокой.

Если бы климатические преобразования «чуть-чуть» запоздали, то сегодня мы тоже, как Венгрия, имели бы огромное море-озеро на юге Беларуси. Оно обросло бы по своему берегу коттеджами и городами-курортами, где плавают яхты и отдыхают в санаториях. А сама Беларусь была бы страной, живущей на деньги отдыхающих – коих миллионы нашлось бы с соседних стран (и Польши, и Украины, и России).

Вместо этого судьба сделала так, что море превратилось в огромные болота, куда туриста можно привлечь разве что показом древнего якоря викингов, выкопанного случайно селянином при вспашке поля. На болотах, увы, люди особо не горят желанием проводить отпуска.

Вместо Белорусского моря мы имеем сегодня совсем иное наследие Природы: Беларусь считается главной страной болот в Европе. То есть, страна-болото. Только вот что с ними, болотами, делать и как их использовать на нужды Родины – никто не знает.

© Белорусский историк




Метки:



Комментарии:



Поиск по сайту
Комментарии
Архивы
© 2016   ОПТИМИСТ   //  Вверх   //