Какими бывают медицинские сестры


Должность медицинской сестры появилась во время Севастопольской обороны 1854 года поинициативе хирурга Николая Пирогова. Тогда это были девушки из высшего общества,которые шли на службу добровольно. Фрагмент плаката Генри Дэвида Сутера о начале призыва медсестёр на войну, 1914–1918 гг.

«Без медсестёр отделение не смогло бы работать ни минуты». Женщины, которые становятся опытными медсёстрами, должны, прежде всего, любить свою работу: даже если все врачи вдруг пропадут из больницы, они смогут худо-бедно продолжить лечение. Мы отдаём честь профессии медсестры. Впрочем, они тоже бывают разные.

Тот, кто считает, что медсестра это просто недоврач, или помощник врача, совсем ничего не понимает в медицине.

Отношения врач-медсестра, скорее, напоминают отношения машинист паровоза-кочегар. Машинист это, конечно, круто, и на нем красивая фуражка, но без кочегара паровоз никуда не поедет. А вот без машиниста — поедет, правда, недалеко и с непредсказуемым результатом.

После такого долгого вступления поговорим о реанимационных медсестрах. Конечно, в сестринском мире они -элита и сверху вниз на них могут смотреть только медсестры операционные, хотя, на мой вкус, наши девочки намного круче, и сравнивать нечего.

Итак, что такое медсестры. Если развить метафору про машиниста и кочегара, то, исчезни из отделения все врачи, отделение худо-бедно могло бы продолжить работу. И для некоторых простых болезней даже не выросла бы смертность. Например, приступ астмы, анафилактический шок, диабетическая кома, как гипер-, так и гипо-, внебольничная пневмония. При внутрибольничной пневмонии могут быть проблемы с выбором антибиотика, если, конечно, есть, из чего выбирать. Неосложненные послеоперационные больные. Да мало ли еще что.

А вот без медсестер отделение не смогло бы работать ни минуты. Конечно, врачи и сами могут поставить капельницы и набрать кровь для анализов, могут даже сидеть за постом и следить за мониторами, но, поверьте, их хватит очень ненадолго. Открою страшную тайну, которая, на самом деле, не тайна для всех, кроме организаторов здравоохранения: чем больше больных приходится на одну медсестру, тем хуже работает отделение. Количество врачей здесь на двадцатьпятом месте.

Итак, медсестры — это те, кто в реальности лечит больных. А также отслеживает результаты лечения и доносит их до врачей. А еще успокаивает буйных, подбадривает упавших духом, проводит всякие санитарно-гигиенические мероприятия, ворочает, перестилает и моет полы. Последние три пункта — работа санитарок, но тех настолько мало, что на их помощь рассчитывать не приходится. Наконец, они заполняют кипу бумаг и журналов, вполне сравнимую с врачебной.

Вот привозят больного. Думаете, врач рванет смотреть-спасать-диагностировать? Ничего подобного. Он подождет, пока медсестра этого больного примет: разденет, уложит на койку, снимет ЭКГ и подключит к монитору, заведет все необходимые катетеры и возьмет анализы. И только после этого позовет врача, рассказав по дороге, что с больным и в каком он состоянии. Исключение -если больному требуется немедленная врачебная помощь. Но тогда врача уже будет ждать подготовленный аппарат ИВЛ, дефибриллятор, зонд Блэкмора, набор для пункции и прочие необходимые в реанимационном хозяйстве штуки.

Здесь стоит упомянуть еще один бесценный навык реанимационных медсестер: умение быстро оценить ситуацию. Во времена медицинской молодости мне случалось дежурить в режиме два врача на двадцать четыре койки, на которые умещалось по сорок-сорок пять больных. Причем, непуганая еще Печатниковым скорая помощь вообще не понимала, что отделение может быть закрыто. И вот стою я, ошалело глядя на паровозик из каталок, проезжающий мимо меня по направлению к сестринскому посту и в голове одна тупая мысль: «это все мне???»

Тут медсестра берет меня за ручку и подводит к больному с желудочно-кишечным кровотечением, тихо помирающему в хвосте паровозика со словами: «Доктор, давайте займемся этим, а с остальными девочки сами справятся». Пока мы занимались «этим», «девочки» периодически подходили с сообщениями: «Астма, на небулайзере раздышался, гормонов капает столько-то» или «Бабушка, таблеточек от давления переела, гляньте пленку (разворачивает передо мной ЭКГ), дофамин идет с такой-то скоростью». Или просто: «Парочка алкашей. Капаются». В общем, мы тогда выжили. Больные, в большинстве своем, тоже.

Итак, больной принят, врач его осмотрел, дал назначения, медсестра их выполняет. Дальше, если все идет по плану, врач должен осматривать больного через каждые четыре часа. Хотя, может и не осматривать, ведь медсестра принесет ему все данные о самочувствии-показаниях мониторов-что по дренажам-анализах. Можно строчить дневники, не заглядывая в блок. Конечно, такое возможно только если доверяешь медсестрам абсолютно и во всем. Ситуация, так сказать, идеальная. И вот тут самое время поговорить о том, какие медсестры бывают в реальности.

1. Опытные реанимационные медсестры

Опыт работы 10+. Золотой фонд любого стационара. Знают и умеют все. Абсолютно надежны. Когда такая сестра на дежурстве, врач может спокойно спать всю ночь. Расскажу байку. Когда мой первый заведующий, царство ему небесное, был молодым и красивым и еще дежурил, он отличался поразительной ленью.

Чтобы по ночам не вскакивать, он обучил медсестер всем премудрым врачебным манипуляциям: интубации, работе с аппаратом ИВЛ, установке центральных катетеров ну и всему такому. После этого он спокойно заваливался спать в десять вечера, а утром выслушивал отчет: за ночь столько-то реанимаций, из них столько-то успешных, эти на аппарате, этих с аппарата сняли... Это не совсем байка, ибо с теми медсестрами мне довелось поработать.

Шансы, что опытная медсестра наплюет на больных и займется своими делами равны нулю, ибо единственная причина, почему медсестра может столько времени работать в скоропомощной реанимации — это неподдельная любовь к своему делу. Других причин нет, ни одной. Такой вот вполне естественный отбор.

Кстати, из сказанного никак не следует, что опытная медсестра -это такая душка, обожающая пациентов. Она может ненавидеть алкашей и наркоманов, возмущаться, почему этот идиот три дня сидел дома с болями в животе или, скажем, с кровотечением, или проклинать родственников, которые довели старушку до пролежней во всю спину. Но все это она выскажет в сестринской. А скорее всего, не выскажет, потому что повидала столько, что смутить ее практически невозможно. И она давно смирилась с тем, что две трети ее пациентов идиоты. Но лечить их ей все же нравится.

2. Молодые медсестры

С опытом работы 2-3 года. Уже очень многое умеют. Зачастую, не всегда понимают, где заканчивается их зона ответственности и начинается зона ответственности врача. В реанимации эта грань очень тонкая. Еще не пуганные жизнью.

Именно такая медсестра может взять кровь из бедренной артерии у нафаршированного гепарином больного и потом с изумлением смотреть на гематому в виде семейных трусов. Или взять кровь из вены, в которую капается раствор. И хлопать глазками, наблюдая как врач носится вокруг больного, пытаясь понять, куда подевался гемоглобин. Или ковыряться мочевым катетером в больном с аденомой простаты, пока вместо мочи не польется кровь. Медсестра с хорошими перспективами сделает каждую ошибку по одному разу. С плохими -уйдет после первого вопля врача. Повторно такие ошибки делают только клинические идиоты, а они здесь выживают не дольше пары месяцев.

До состояния «опытные медсестры» дорабатывает примерно четверть. Остальные во-время понимают, что с уже приобретенными навыками они будут востребованы далеко за пределами скоропомощной реанимации. И что такая работа отнимает их от семьи, что дети видят маму, в лучшем случае, через день, а чем в это время занят муж, вообще неизвестно. И что год за полтора в медицинском стаже оборачиваются пятью за год в плане износа организма. В общем, большинство медсестер находят себе работу поспокойнее и правильно делают.

3. Новички

К ним относятся с симпатией и всячески тиранят. Их обучают, за ними присматривают, но за это сваливают на них всю тяжелую работу. Многие не выдерживают и сразу уходят. Оставшиеся делятся на три вида:

3.1. Будущие «молодые медсестры»

Сжимают зубы, терпят и работают. Изо всех сил обучаются. Никогда не боятся спросить совета и попросить помощи, даже если знают, что на них рявкнут или обворчат. Потом рыдают в сестринской так, что рявкнувшим становится стыдно. Потом начинают рявкать сами. И становятся частью коллектива.

3.2. Студенты-медики

Разумеется, после медучилища. Обожают врачебные манипуляции, предпочитают работать с врачом и за врача, порой забывая про непосредственные обязанности. Сестры на них обижаются, зато врачи с удовольствием обучают и сваливают на них свою работу.

3.3. Медсестры, которым здесь не место, но от которых почему-то невозможно отделаться

Работал у нас, например, племянник зам. главврача. Ну не умел наш старый шеф возражать начальству, а больше вьюношу никто не брал. Вьюноша жил в своем мире и в наш возвращаться не планировал. Обучаться был не способен. В общем, его отправили в вечную ссылку в блок с алкашами, рассудив, что там-то уж напортачить сложно. Рассудили, как оказалось, неправильно.

Как-то прибегает в палату охранник, дежуривший в блоке с алкашами (есть у нас такая должность, очень полезные и уважаемые люди) с криком: «Доктора, там больные э... того!» Доктора рванули в блок. Зрелище развернулось невиданное: сразу шесть реанимаций. По счастью, не все шестеро совсем остановились, некоторым хватило просто интубации и ИВЛ. Что произошло, нам объяснила врач-лаборант, которая позвонила поинтересоваться, как мы умудрились довести глюкозу в крови пациентов до абсолютного нуля. Оказывается, этот мальчик-мажор добавил в капельницы с глюкозой не по 6 единиц, а по 6 миллилитров инсулина. Если бы не Петя-охранник... А так алкаши оказались крепкими ребятами, все как один выжили. После этого случая мальчика отправили работать в рентгенологию. Под возмущенные вопли рентгенологов.

Еще один вариант — медсестры предпенсионного возраста, почему-то решившие доработать до пенсии именно здесь.

Обычно, чьи-то родственники-знакомые. Учиться не хотят, мнят себя профи, хотя до этого реанимационных больных видели только в сериалах. Это реальная беда, потому что с такой медсестрой приходится следить буквально за каждым ее шагом. Какое уж там поспать ночью! Как-то я вырвала из рук медсестры раствор для перидуральной анестезии, который она собиралась залить в центральную вену. Мои вытращенные от ужаса глаза ей не сказали вообще ни о чем, а в ответ на мои разъяснения она с идиотской улыбкой проворковала: «Доктор, ну что вы сердитесь, я же не знала!»

Другая дамочка попыталась залить вазелин вместо желудочного зонда в центральную вену. Увидевший это реаниматолог не поседел только потому, что и так был седой. К счастью, в таких случаях медсестры сами умеют создать настолько невыносимую обстановку, что «чья-то родственница» быстро решает дожидаться пенсии в более спокойном месте. Медсестры крайне не любят делать работу за других, а уж воспитывать новичков умеют так, что школьным учителям и не снилось.

Вообще, важно понимать, что медсестра всегда человек привычки. Креатива в ее работе немного, зато четких правил, алгоритмов и дисциплины хоть отбавляй. И на медсестрах сверхнагрузки отражаются куда более пагубно, чем на врачах. Ибо десять реанимационных больных на сестру — это значит, что назначения будут выполнены, а вот на уходе и присмотре сэкономим. Но надо понимать, что для наших больных уход и присмотр зачастую важнее лечения. Аппаратный больной будет неотсанирован, кислород в его крови упадет, а пневмония увеличится в размерах. Хотя, формально, все антибиотики прокапаются. Кожу не обработают и вот вам пролежни.

Да банально, больным в коме лишний раз не обработают рты. Да-да, если человек не глотает, то уже через сутки из его рта появляется очень специфическое амбре. Кстати, опытный врач уже при входе в отделение именно по этому запаху определит, как здесь ухаживают за больными. Или при совсем уж плохом раскладе, врач, войдя в блок, обнаружит синего больного с выпавшей интубационной трубкой, орущий монитор и никого рядом. На все врачебные вопли медсестра ответит, что у нее не десять рук и она занята, а когда выпала трубка она была в соседнем блоке, где больные тоже ее.

И что тут ответишь? Механизма привлечения к ответственности медсестры у нас практически нет, разве что за неправильно списанные наркотики. Во всем будет виноват врач. Врач прикроет глаза на неухоженных больных, сам отсанирует и обработает, лишний раз зайдет в блок, чтобы проверить, все ли в порядке, и вот у медсестры уже появляется привычка: недоухаживать, недоприсматривать. А на замечания отвечать, что вам надо, вы и делайте.

Дальше, если вернуть положенных трех больных на сестру, ей уже придется заново привыкать работать как надо. И процесс этот будет сложным, иногда — невозможным. Так что проще набрать новеньких и обучить с нуля, чтобы никакие «и так сойдет» им и в голову не приходили. И подождать лет этак десять.







Комментарии:



Поиск по сайту
Комментарии
Архивы
© 2016   ОПТИМИСТ   //  Вверх   //