Ермолай Степанович и Матильда Арчибальдовна


В аквариуме плавали рыбы - выбирай не хочу, и он приготовился выловить вон ту, с толстым лбом, как у биологички Ирины Тихоновны, которую в седьмом классе боялся больше других учителей. Она была завуч. В увесистом слове «завуч» ему слышался стук круглой синей печати, штампующей по клетчатым тетрадным листам: Завуч! Завуч! Завуч!

Очень похожа. И лоб такой же, и эти медленные, степенные движения, и надменный взгляд сквозь круглые очки, которых на самом деле нет, но легко вообразить, будто есть.

«Запечь! - решил он. - Нет, пусть на гриле. Нет, запечь». И ухмыльнулся.

Девочку, стоявшую рядом, он поначалу вообще не заметил. Какие девочки, когда тут столько рыбы! Он давно не ел свежих морепродуктов. И в ресторан не ходил давно, особенно в такой: приличный, с огромным аквариумом, с деловитыми поварами и веселыми официантами, где ты словно предоставлен самому себе, но лишь до тех пор, пока тебе не надоест эта иллюзия.

Он черпнул сачком. Рыба встревоженно забилась.

Но прежде, чем он успел поднять ее на поверхность, звонкий голос рядом сказал:

- Это Ермолай.
- Что?

Девчонка высунулась из-за аквариума. Лет семи, может, восьми, он не разбирался в детях.

- Ермолай, - уверенно повторила она. - Его так зовут. Ермолай Степанович.

Он посмотрел на рыбу, набухшую серебристым боком через сачок, на девочку, и снова на рыбу. Ермолай Степанович, ну просто блеск.

Пришлось вернуть сачок в зеленоватую воду. Рыба по имени Ермолай облегченно заскользила прочь. Он поискал-поискал, стараясь не обращать внимания на ребенка, и выбрал себе другую рыбину. Эта была чуть меньше и не так нравилась ему, но что поделать: запечь на гриле кого-то, наделенного именем, он никак не мог.

- А это Матильда, - сказали под рукой. Он чуть сачок не выронил от неожиданности. - Матильда Арчибальдовна.

Самое смешное, что имя действительно подходило. В тот самый момент, когда девчонка сказала «Матильда», он понял, что так ее и должны звать, эту серо-голубую красавицу с ленивым взглядом и веерообразным хвостом.

- Матильда, значит, - закипая, сказал он.
- Арчибальдовна, - подтвердила девочка.

Он поймал взгляд официанта и принужденно улыбнулся. Все в порядке, он просто общается с милым ребенком.

- А твои мама с папой еще не соскучились по тебе?
- Не думаю. - Она совершенно по-взрослому качнула головой.

Сожрать эту Матильду - и всех делов! Но в том-то и дело, что он не мог. Рыба, которой давали имя, переставала быть одной из десятков, предназначенных на съедение, и обретала индивидуальность. Черт возьми, это было то же самое, что попросить зажарить котенка!

- Ты давно дружишь с этими рыбами? - тоскливо спросил он.
- Очень! Много лет! Я их знала еще вооот такими! - она показала ладонью от пола.

Выдумщица несчастная.

Он почему-то совершенно утратил аппетит и в то же время еще сильнее захотел есть. Желудок недовольно буркнул, словно поторапливая: мол, чего ты копаешься?

- Извини, - решительно сказал он, погружая сачок в аквариум, - я хочу пообедать, поэтому придется мне кого-нибудь...

Первая попавшаяся рыбина словно сама скользнула в сетку. Уже почти вытащив ее, он искоса глянул на девочку и поразился: личико трагичное, губа закушена.

- Это же Гоша, - с болью в голосе прошептала она.

«Аааа!» Он заорал мысленно и мысленно же пристукнул девочку сачком. Но спорить было бессмысленно: из воды, разевая мокрую пасть, на него смотрел именно Гоша.

- Игорь Валерьевич? - мрачно уточнил он.

Девочка всхлипнула и кивнула.

Да она над ним издевается!

- Ты здесь всех рыб прокомпостировала, верно? - он с трудом сдерживался. - Ты понимаешь, что через десять минут придет новый клиент и съест всех твоих матильд, ермолаев и гош?

Вместо ответа она улыбнулась. Только что собиралась реветь - и вдруг ухмыляется!

- А я, значит, не смогу выловить ни одной? - осознал он.

Она с готовностью кивнула.

Он представил, как вытаскивает одного обитателя аквариума за другим, а девчонка все твердит их имена, как заклятие для спасения, и так оно и выходит на самом деле. У него рука не поднимется отдать официанту очередного Аристарха Петровича или Дарью Михайловну.

Ах вот как!

... - Тогда я съем тебя, - сказал он, рассвирепев, и в эту секунду действительно верил, что съест.

Девочка несколько секунд смотрела ему в глаза, не отрываясь. Его угроза подействовала, да еще как подействовала! Должно быть, его абсурдная убежденность передалась и ей, потому что она отступила на шаг. Сейчас убежит с визгом, обреченно подумал он, позовет мать, пожалуется, будет плакать... Ну и пусть! Зато он сможет выловить себе рыбу.

Девочка открыла рот, но вместо визга, которого он ждал, очень твердо проговорила:
- А меня зовут Вика.

И прежде чем он успел сказать хоть слово, добавила:

- Виктория Андреевна.




Метки:



Комментарии:



Поиск по сайту
Комментарии
Архивы
© 2016   ОПТИМИСТ   //  Вверх   //