Что возбуждает англичанку


Выступление Терезы Мэй в британском парламенте по поводу необходимости "наказать Россию" снова вывело на авансцену информационного пространства многочисленных российских и зарубежных "лидеров мнений". Последние смакуют перспективы того, как великий и могущественный Запад под предводительством мудрых и расчетливых англичан будет всячески унижать и банкротить Россию.

Иногда создается ощущение дежавю, и память невольно обращается к 2014 году, но тогда истеричную реакцию можно было оправдать тем, что санкции вводились первый раз в истории постсоветской России, и вводились они совместными усилиями объединенного Запада. В нынешних условиях любая истерика по поводу британских обещаний "наказать, унизить и поставить на место" смотрится глупо, а по большому счету еще и смешно. Если посмотреть на тирады госпожи Мэй прагматично, то получается, что главным образом от ее действий пострадает статус Лондона как мирового финансового центра и бюджет Великобритании.

Давайте рассмотрим, какие финансово-экономические меры будут (или могут быть) применены в отношении России в контексте радикального ухудшения межгосударственных отношений.

Прежде всего стоит обратить внимание на заявление Терезы Мэй: "Мы будем замораживать активы российского государства, получив доказательства того, что они могут быть использованы для создания угрозы жизни и имуществу жителей и граждан Британии." Теоретически, если относиться к логике, нормам британского права и здравому смыслу с тем же пренебрежением и превратностью, которые демонстрируют британские власти в расследовании отравления Скрипаля, это предложение можно толковать очень широко. Например, британцы могут попробовать каким-то образом заморозить ту часть российских золотовалютных резервов, которая проинвестирована в облигации британского правительства, прикрывшись заявлениями о том, что отдавать деньги русским — это просто аморально, поскольку они на эти деньги постоят очередные "арматы" или закупят яд для очередного невинного британского шпиона. Такой сценарий в контексте общего безумия британского руководства следует признать возможным, но крайне маловероятным хотя бы в силу того, что Великобритания от него пострадает сильнее. В случае реализации такого подхода мало кто захочет в будущем покупать британские государственные облигации из-за возросших политических рисков. Сегодня британцы нашли в чем обвинить россиян, а завтра они вдруг заметят, что какие-то арабские страны нарушают права различных меньшинств, Китай угнетает тибетских сепаратистов и так далее. Попытка незаконно заморозить российские государственные активы для Лондона будет равносильна поджогу собственного кошелька.

В деловых СМИ очень активно обсуждается вероятность того, что у россиян начнут массово экспроприировать британскую недвижимость и финансовые активы, например, акции британских компаний или даже футбольных клубов. Действительно, шанс на реализацию такого сценария есть, и не зря среди так называемых "глобальных россиян", которые потратили много лет и много денег на строительство своих личных британских "запасных аэродромов", фиксируется определенная паника. Если смотреть на вещи трезво, то не очень понятно, в чем будет заключаться ущерб для России и российских граждан, если в Великобритании начнется массовая экспроприация по национальному признаку. В некотором смысле такие действия будут даже полезны. Просто в силу того, что они послужат еще одной наглядной иллюстрацией настоятельной рекомендации В. В. Путина хранить деньги и активы в России. Более того, в случае массовых экспроприаций пострадает британский бюджет и высокооплачиваемые рабочие места лондонских риелторов, юристов и банкиров. Потому что "глобальные арабы", а также "глобальные китайцы" и другие частные инвесторы в британские активы быстро примерят ситуацию на себя — и вряд ли захотят держать свои деньги и активы в британской юрисдикции. Если Тереза Мэй захочет нанести такой ущерб британской экономике, то ее инициативу можно, конечно, только приветствовать.

Еще одна страшная кара, о которой ничего не говорила сама Мэй, но о которой активно говорят в деловых СМИ, — массовый "делистинг" российских компаний с Лондонской биржи и возможный запрет на инвестиции британских денег в российские активы. Те, кто представляют эту меру как некую катастрофу для российских компаний или для российской экономики, скорее всего, застряли в 90-х или начале нулевых, когда Лондон действительно был некой "финансовой столицей мира", а размещение акций или облигаций в Лондоне считалось для российских компаний наиболее эффективным, а иногда и единственно возможным методом получения доступа к серьезным деньгам.

Сейчас ситуация выглядит радикально иначе. Во-первых, многие российские компании предпочитают размещать свои акции или облигации в Москве, а во-вторых, после выхода Великобритании из Евросоюза Лондон очень быстро теряет привлекательность в качестве финансового центра.




Дошло до того, что европейские, американские и азиатские банки массово бегут из Лондона во Франкфурт или Париж, чтобы сохранить доступ к европейским финансовым потокам. Если Тереза Мэй захочет ускорить этот процесс, то и эту инициативу нельзя не похвалить. Что до британских инвесторов, то, судя по последнему размещению облигаций Газпрома, их доля составляет 7% — притом что спрос на газпромовские долговые инструменты в 3 раза (!) превышает предложение. По большому счету, если британский премьер хочет наказать британских инвесторов, лишив их доступа к очень желанным российским инвестициям, то, опять же, не стоит переживать по этому поводу.

При большом желании британское правительство может убедить британский суд "простить" Украину за невыплату долга России по облигациям эпохи Януковича. Сейчас как раз идет апелляция по этому резонансному делу. Если британское правительство очень хочет "разменять" выстроенную веками репутацию Лондона как мирового финансового центра, в чьем правовом поле любые сделки проходят сравнительно честно, на возможность "уколоть" Россию, то и это нанесет Великобритании гораздо больший ущерб, чем России. Россия в худшем случае потеряет 3 миллиарда долларов. А Лондон потеряет возможность обслуживать будущие размещения облигаций политически нестабильных стран на сотни миллиардов долларов. Обслуживание мировых финансовых потоков для Великобритании — это примерно то же самое, как газовый транзит для Украины, то есть финансовая система — это своего рода опорная структура всей экономики. Если ради того, чтобы показать свою "беспощадность к России", британский премьер готова взорвать "финансовую трубу", которая кормит значительную часть британской экономики и является единственным конкурентным преимуществом Великобритании на мировой арене, то можно будет только порадоваться тому, что Лондон окончательно потерял былую дальновидность.

Любые более серьезные санкции экономического характера, такие как отключение России от системы SWIFT или блокирование "Северного потока — 2", вряд ли могут рассматриваться в контексте возможностей британского правительства, так как они требуют деятельного участия Евросоюза. Если лидеры Евросоюза не захотели блокировать "Северный Поток — 2" ради того, чтобы помочь президенту США Дональду Трампу решить его внутриполитические проблемы за счет Евросоюза и России, то шансы на то, что правительства Германии и Франции согласятся нанести колоссальный ущерб своим экономикам, чтобы помочь Терезе Мэй поднять свой внутриполитический рейтинг, следует считать околонулевыми. Нужно учитывать, что унижение Великобритании и унижение лично Терезы Мэй — это что-то вроде общеевропейского вида политического спорта, который сейчас находится на пике популярности. Великобританию уже принудили к выплате десятков миллиардов евро в виде "отступных за выход из ЕС", и переговоры еще далеко не окончены. Попытки британского премьера стать в явочном порядке "лидером свободного мира", которого все должны холить, лелеять и финансировать, будут купированы в типично европейской манере. То есть вербальной поддержки будет предоставлено много, а материальной — никакой.

При этом следует учитывать, что российские формы ответной реакции на британские выходки экономического и дипломатического характера могут быть достаточно болезненны. Даже перенаправление любых финансовых потоков, связанных с российской внешнеэкономической деятельностью, в другие юрисдикции уже будет хорошим сигналом. Также в качестве сигнала можно рассматривать сообщение агентства Рейтер о том, что Газпром закроет свой лондонский офис, что приведет к "потере сотен высокооплачиваемых рабочих мест". Пресс-служба российского газового гиганта уточнила: "пока" таких решений нет, но, как говорится, "осадок остался".

Еще в июне прошлого года агентство деловой информации Блумберг выпустило аналитический материал под заголовком "Почему Великобритания должна себя очень вежливо вести в отношении России и Норвегии".

В материале сообщалось, что Великобритания фактически уязвима перед капризами погоды и климата, а также перед конъюнктурой внешних газовых рынков. Более того, все "дыры" в британском газовом импорте, "скорее всего, придется затыкать России". Прогноз блумбергских счетоводов сбылся уже этой зимой, когда выяснялось, что половина британского импорта СПГ приходится на Россию: гордым бриттам приходится закупать "санкционный СПГ" из российской Арктики.

В целом баланс сил по линии Москва — Лондон очень сильно изменился за последние 17 лет. Выбирая путь реальной конфронтации, Лондон по большей части будет очень сильно вредить себе, и, видимо, Тереза Мэй ограничится выпадами, которые будут очень громкими с точки зрения пиара, но очень незначительными с точки зрения реальных экономических последствий.

Великобритания когда-то действительно была великой, но это время уже прошло.

***

Обсуждение геополитических последствий "ультиматума Терезы Мэй в адрес России" стало главной темой для российских политологов и СМИ.

Однако есть серьезные сомнения в том, что действия британского премьера следует интерпретировать в контексте предполагаемого вмешательства в российские президентские выборы, британского ответа на "милитаристское послание Путина" или подготовки Великобритании к началу настоящей войны с Россией.

Более вероятное объяснение действий госпожи Мэй кроется во внутренней политике Королевства. Правильное понимание политической логики, которой руководствуются наши британские оппоненты на Даунинг-стрит, 10, может позволить найти максимально чувствительную для них и минимально затратную для нас реакцию на этот инцидент и все последующие действия британских властей.

Каждый политик — немного фокусник, почти всегда выступает в роли вербального иллюзиониста. Есть важное правило для тех, кто желает раскусить фокус: нужно смотреть не на манипуляции фокусника, а на то, от чего он отвлекает ваше внимание. Давайте попробуем посмотреть на текущую британскую внутриполитическую ситуацию глазами британского правительства. Сразу же перед глазами возникает несколько очень серьезных проблем и скандалов с далеко идущими последствиями.

Переговоры по выходу Великобритании из Евросоюза, которые ведет премьер Мэй, превратились в публичное национальное унижение. Они идут не просто плохо, а ужасно. По оценкам правительства, Соединенному Королевству предстоит заплатить около 52 миллиардов долларов за выход из Евросоюза, и это, скорее всего, не окончательная сумма. По независимым оценкам, платить придется больше (до 104 миллиардов долларов) и дольше — то есть до 2064 года. Британская публика в бешенстве, причем это относится и к тем, кто голосовал против выхода из ЕС, и к тем, кто голосовал за. Ведь они отдали голоса за разрыв отношений, а не за выплату многомиллиардной дани и национальное унижение.

Более того: в контексте переговоров о Brexit выяснялось, что Великобритании наверняка придется и дальше выполнять многие обязанности члена Евросоюза (например, сохранить социальные гарантии для многочисленных "польских гастарбайтеров", которые так раздражают британских избирателей) в обмен на доступ к рынку ЕС. Представьте себе, что британский премьер-министр читает едва ли не каждый день в британских и европейских СМИ смачные рассказы о том, как ее унижают брюссельские чиновники, а также анализы того, насколько плохо придется британской экономике без членства. Как раз во вторник в британском парламенте должна была состояться "политическая порка" министра финансов Филиппа Хэммонда по поводу далеко не радужных экономических перспектив, но это событие прошло практически незамеченным на фоне медийной истерики вокруг отравления Скрипаля.

Гораздо страшнее еще один скандал, который сейчас усиленно прячут от глаз рядовых англичан. В британском городе Телфорде была раскрыта сеть педофилов, жертвами которых стали более тысячи детей. Она совершала преступления на протяжении десятилетий, с конца 80-х годов прошлого века, но ее систематически игнорировали как местные власти, так и британская полиция. С учетом того, что организаторы преступлений, по предварительной информации, — выходцы из "стран Южной Азии" и мигранты в первом, втором или третьем поколении, скандал немедленно приобрел соответствующий политический оттенок, тем более что это уже вторая педофильская сеть такого рода, раскрытая за последние годы. Западные СМИ активно намекают на то, что "телфордские педофилы" смогли оставаться безнаказанными на протяжении десятилетий просто потому, что чиновники и сотрудники правоохранительных органов боялись расследовать дело из-за возможных обвинений в "расизме" и "ксенофобии".

От деталей преступлений "телфордских педофилов", которые утекли в СМИ, стынет кровь: трех жертв сожгли заживо, нескольких зарезали. А местные чиновники предпочитали игнорировать сообщения о том, что у них под носом работает хорошо организованная сеть продажи несовершеннолетних секс-рабынь. Для полноты картины следует отметить, что дело сети педофилов было раскрыто не полицией, а журналистами (!). Причем они много раз жаловались, что власти делали все, чтобы им помешать. В любой стране этот скандал должен был быть главной темой СМИ на протяжении многих месяцев и главной темой для политических баталий, но не в Великобритании. В Англии очень вовремя "случилось" отравление Скрипаля, почти все системные СМИ "взяли под козырек" и переключили внимание публики. И если раньше Би-би-си подвергалось жесткой критике за подозрительное нежелание уделять соответствующее внимание делу политического прикрытия "телфордских педофилов", то сейчас любой, кто осмелится напомнить о скандале, будет легко обвинен в попытке отвлечь общественное внимание от происков внешнего врага, то есть России. С точки зрения политической целесообразности вряд ли было бы жалко отравить хоть десять "скрипалей" ради того, чтобы избавиться от того медийного и политического кошмара, в котором находилась Тереза Мэй.

В данном случае не имеет особого значения, были ли "скрипали" специально отравлены ради последующей медийной кампании или "просто подвернулись под руку". Те, кто сейчас предлагает "хоть как-то пойти навстречу Великобритании" и очень боятся "как бы не довести до войны", должны понимать, что, вероятнее всего, наши британские оппоненты руководствуются внутриполитической логикой, а скандал, независимо от действий России, будет продолжаться ровно столько, сколько нужно правительству Терезы Мэй для решения своих внутренних проблем.

Особое удивление вызывают те, кто "ради мира на земле" предлагают дать противоположной стороне что-то, что она может предъявить своей целевой аудитории. Конечно, без особой необходимости не следует публично трясти ракетами перед лицом Лондона, но лишь потому, что демонстрации такого рода для начала нужно проводить в приватном режиме.

Ни о каких уступках британцам, чтобы Мэй "было что предъявить аудитории", речи идти не может, и это абсолютно принципиальный вопрос, причем по нескольким причинам. Во-первых, если хоть раз подыграть Лондону в процессе решения внутриполитических проблем за счет России, то можно быть на сто процентов уверенными, что такие скандалы и сопутствующие ультимативные требования будут выдвигаться вновь и вновь. Тереза Мэй, по сути, ведет себя как террорист, который пытается взять в заложники Россию, а этого нельзя допускать.

Во-вторых, если Москва "пойдет навстречу", то буквально на следующий же день выстроится очередь американских и европейских политиков, которые захотят повторить успех британского премьера и тоже решить свои внутриполитические проблемы за счет России, и желательно не один раз. Этого тоже нельзя допустить.

В идеале стоит добиться того, чтобы наши западные оппоненты поняли: такого рода действия будут приводить к максимально болезненным результатам.

Для этого необязательно сразу же бряцать оружием. Например, на каждое заявление британской стороны можно отвечать в следующем ключе: "Мы выражаем сочувствие рядовым британцам, которых правительство Терезы Мэй хочет отвлечь от чудовищного педофильского скандала с помощью грязных медийных трюков и попыток развязать настоящую войну".

Также можно использовать все формальные и неформальные возможности для того, чтобы донести эту позицию до британской публики, что в современную эпоху не представляет особой сложности. Любые попытки цензуры в данном контексте нанесут еще более серьезный ущерб имиджу британского правительства, которое будет выглядеть защитником педофилов в глазах собственных избирателей. В случае применения таких ответных мер британскому правительству быстро разонравится его нынешняя стратегия на российском направлении.

Есть только один способ выйти из сложившейся ситуации в выигрыше: нужно поступить по-европейски. Политики Евросоюза делают все, чтобы на примере Великобритании, которая пытается выйти из ЕС, все поняли, насколько это плохая идея. Выход из ЕС — это боль, расходы и унижение.
Так вот: следует сделать так, чтобы попытки решать внутриполитические проблемы за счет России ассоциировались с не менее негативными последствиями.

От Таймс: "Франция дерзит (бросает вызов) Терезе Мэй по вопросу наказания России. Британскому премьеру сказали предоставить доказательства того что Путин заказал покушение".

Более того, пресс-секретарь Макрона назвал действия британского премьера "фантазийной политикой".

Продолжение обязательно последует.

© Crimson Alter - https://ria.ru/analytics/





Метки:


Комментарии:


Поиск по сайту
Архивы
© 2020   ОПТИМИСТ   //  Вверх   //