Без денег, ты никто и звать тебя никак

Приглашаем подписаться на наш Telegram канал @VerrDi (https://t.me/VerrDi)



У меня есть состоятельный друг, который постоянно сомневается, за что его любят люди, за деньги или за него самого. О чем тут переживать? Деньги и есть он сам, и, бесспорно, деньги – это лучшая черта его характера. Я помню его бедным, он был намного хуже. Он был злее, скучнее, он не умел танцевать. Сейчас у него есть учитель танцев отдельно для танго, отдельно для линди хоп. Он стал дарить отличные подарки, он всегда платит за стол, на следующий год он собирается учиться в Гарварде. Но он остался занудой. Раньше постоянно ныл, где заработать миллион, теперь, когда миллион есть, ноет о своем недоверии к людям.

- Вот будет она со мной, - вопрошает он, постукивая по загорелому колену своей подруги, - если я разорюсь?

- Я первая перестану с тобой общаться, - успокаиваю я, - как представлю это нытье 24 часа в сутки: «Я разорился, со мной никто не общается».

А если серьезно, почему людей, имеющих деньги, так сильно беспокоит этот вопрос? Зачем вообще так глубоко копать, чтобы узнать химический состав любви окружающих. Нет среди нас святых старцев, которые любят всех и ни за что. Но если ты тот, кого постоянно используют, для этого не обязательно быть богатым, достаточно быть дураком. Гораздо трагичнее, когда ты беден, без работы и жены, а люди все еще находят новые пути, чтобы использовать тебя в своих интересах.

Кто будет со мной дружить, если у меня не будет денег? А кто будет с тобой дружить, если у тебя не будет ног? Как минимум с тобой станет сложнее ходить по барам. Большая часть человеческих отношений не выдержит даже этих малых испытаний. Отцы бросают жен с больными детьми на руках. Дети сдают родителей в дом престарелых. А вы тут что-то талдычите про старых друзей, которые с вами не из-за денег.

Богатые люди, запомните, нет ничего хуже, чем ваши старые друзья! Люди, которые помнят вас никем, таким же «пацаном», как они. С которыми вы в песочнице, в армии, в общаге. Им тяжелее всех остальных пережить ваш успех и еще сделать вид, что они счастливы за вас. Старым друзьям надо постоянно стараться вести себя так же, как и раньше, щелбаны, подзатыльники, старые шутки, и все это на заднем сидении вашего майбаха или в кабинете из красного дерева размером больше, чем вся их квартира. Им нельзя ничего просить у вас, иначе вы же и подумаете, что они такие же, как и все остальные. Дай. Дай. Дай. И при этом вашим друзьям ежедневно приходится наблюдать, как случайные лизоблюды и прихлебатели получают с вас то, что по праву принадлежит им проверенным и бескорыстным.



И когда вы приезжаете к ним на День рождения на дачу в середине ночи, пьяный, ностальгирующий по старым временам, и хозяин уступает вам свое место за маленьким столиком на тесной кухоньке летнего щитового домика шесть на шесть, и вы там посидите «по-простому» и каламбурите. Знайте, вы испортили человеку праздник!

Люди со славой, властью, деньгами, предлагаю условно называть их «волшебными», часто склонны к размышлениям – за что именно их любят. Очаровательная иллюзия, потому что уродливая реальность по другую сторону их волшебного измерения такова, что их не любят в принципе.

Почему–то эту простую истину знаем только мы, а не они. Чем больше «волшебные» люди проявляют щедрость, благородство и великодушие, тем обделеннее, злее и несчастнее чувствуют себя получатели. Мне кажется, в этом виновата «уникальная шкала волшебника». Как она работает? Упростим до понятий «бедный» – «волшебный». Жил был «бедный» человек, не тужил, плакал от счастья, когда друзья вдесятером скинулись и подарили ему на день рождения зимнюю куртку, а тут его старый друг, назовем его Ромой, стал «волшебным» и неожиданно подарил ему BMW. Вот этот «бедный» друг садится на благоухающее новой кожей сидение, проводит рукой по деревянному рулю, играет кнопочками, любуется подсветкой бардачка, поворачивается и говорит:

- Жмот наш Ромка. Для него 50 тысяч евро за эту машину - то же самое, что для меня 500 рублей. Смотри-ка, для старого друга и 500 рублей не жалко.

И посидев еще немного за рулем, обиженно хлопнет автомобильной дверцей и пойдет допивать водку за стол. Но машинку примет, конечно, она классная, и цвет необычный. Рома сказал, таких вроде только две в городе.

И потому еще многие удивляются, почему «волшебные» люди перестают прилагать усилия, чтобы поддерживать отношения с обычными. Если вас не связывает баня по субботам, общий офис или хоккей, придется что-то придумать, иначе даже самая старая дружба быстро сойдет на нет.

У нас с моим «волшебным» другом обеды по воскресеньям. Обсуждения его бурной личной жизни, сплетни, философские беседы. И вот здесь он меня постоянно разочаровывает тем, что не хочет признать приятные метаморфозы, которые произошли с его личностью благодаря появившимся деньгам. Он все время настаивает, что остался прежним, простым, добрым парнем (каким кстати никогда не был), который все так же любит сосиски и караоке.

Я не устаю разубеждать его в обратном. Цитирую великих чернокожих философов от американского рэпа: «Не верьте, если богачи говорят вам, что деньги их не испортили, значит, у них еще просто не было слишком много денег». Его характер, возможно и претерпел положительные изменения, но также он приобрел много новых «волшебных» привычек, которые не всегда согласуются, например, с моими понятиями о приятном времяпрепровождении или адекватном поведении.

Еще он отказывается признавать факт наличия свиты. Называя свое окружение друзьями и приятелями. Он никак не хочет понять, что свита – это самообразующийся, саморегулируемый элемент его жизни. И большинство людей автоматически становятся его частью, переступив определенную черту близости к телу.

Мой друг стал «волшебным», и у него появилась харизма голливудской звезды. Когда он входит в помещение, люди начинают шептаться и оборачиваться. От него исходит свечение. Его показывают по ТВ. Он в списке самых завидных холостяков, он спас Масайских жирафов от вымирания, он хорошо танцует. Окружающие мгновенно попадают под его обаяние, магию «волшебства» и света. Им начинает казаться, что они каким-то образом станут частью этого сказочного мира, но только если понравятся, очаруют. Благодаря бесконечному стремлению окружающих порадовать, насмешить, угодить, «волшебным» людям, последние довольно быстро теряют связь с реальностью. И в этот момент, обычные люди начинают злиться и пенять им на неадекватность.

Удивительнее всего наблюдать, когда по всем параметрам независимые, сытые, ко всему привычные люди начинают играть в кривые зеркала с «волшебными». Непрофессиональные прихлебатели, не жополизы третьего разряда, не сотрудницы гарема, а «уважаемые» люди, волей случая попавшие в чью-то чужую сказку. Принимая во внимание их кристальную репутацию, твердость нрава и выпуклость характера, «волшебные» люди в беседе обращаются к ним и только к ним в надежде на интересную, острую дискуссию, приправленную толикой эпатажа. И что получают? Нет, не откровенное вранье и привычное лицемерие, а такой смягченный, обтекаемый вариант правды.

Как-то раз за «волшебным» столом разговор зашел о кино. О Михалкове. О чем еще говорить приличным, образованным людям с «волшебными». Последнее связующее звено. Так вот, речь о его нашумевшем шедевре? Или не шедевре? Так примерно сформулировал вопрос хозяин стола, обращенный к человеку зрелому, культурному и совершенно ни в чем от него не зависящему. Ответ мне был известен. Слышала от «культурного» раньше. Два слова. Одно ругательное, одно фамилия режиссера и тире между ними.

И вот. Тяжелая пауза. Свита с напряжением ждет. «Культурный» человек снимает очки, подслеповатыми глазами в отчаянии ощупывает бесстрастное лицо моего «волшебного» друга в поисках подсказки. Видит только свет, он слепит, манит и ответов не дает. И вдруг. Полилось. Бурлящая река сладких, бессмысленных слов, неуловимых, как воздух, быстрых, как водяной поток: «И необычное впечатление. И вышел растерянный. И как не досказали что-то, какое-то разочарование что ли, и есть вопросы к фильму».

И замер, так и не сумев перейти черту. А там, в конце, просилось что-то про большого мастера и шедевр. Но не смог, не дотянул. Ему же кино не понравилось, и режиссера он не любит. Говорит, слишком к власти приближен. Зазнался. Потерял связь с реальностью. Ага, если потерял, то благодаря таким, как вы, господин АП.

Шок. И ты, Брут? Почему так? Мечта получить что-то впрок? Та самая голливудская харизма? Очарование «волшебством»? Что бы это ни было, это пагубно для тех, против кого обращено. Когда человеку повезло, и он имеет привилегию говорить то, что думает, но на всякий случай, этого не делает. Врет. Юлит. Уклоняется. Полезно вспомнить, что дело происходить не перед расстрелом в фашистском лагере, а в стейк-хаусе на Пречистенской набережной.

Когда даже независимые, устойчивые к внешним воздействиям роскоши и власти люди начинают подгонять картинку под чье-то видение, реальность искажается и навсегда перестает отражать правду. Вот именно эти, лучшие из «обычных» людей губят «волшебных». И защитить их некому.

Моя правда заключается в том, что я люблю богатых больше, чем бедных. Но вот, к сожалению, мой «волшебный» друг об этом никогда не узнает.





Метки:



Комментарии:



Поиск по сайту
Архивы
© 2017   ОПТИМИСТ   //  Вверх   //