А та взамен хранила ему верность…

Первый взгляд, брошенный Оуэном Лавджоем на особу, которой он будет увлечен на протяжении ближайших 14 лет, был весьма холоден. В 1995 году Лавджой, специалист по сравнительной анатомии из Университета Кент-Стейт (Огайо), получил уникальную возможность взглянуть на недавно обнаруженный скелет Ardipithecus ramidus, к которому почти никого не допускали.

Большой палец на ступне Арди – сплошная загадка. Он отставлен в сторону: приспособление весьма удобное, чтобы хвататься за ветки, но не подходящее для отталкивания при передвижении на двух ногах (так использовали большой палец позднейшие гоминиды). Вероятно, эта обязанность была возложена на остальные четыре пальца. Передвигаться по деревьям Арди помогали длинные пальцы и гибкие запястья.

Но Лавджой вовсе не обрадовался этой завидной участи. Часть костей была сильно повреждена, и первое, что ученый подумал: «Ну и зачем нужно было везти нас сюда – чтобы мы посмотрели на это раздавленное на дороге нечто?»

Но уже минут через десять Оуэн понял: все важные фрагменты на месте. И вторая его мысль: «Господи, кто же мог предвидеть такое?» Последующие годы изумление Лавджоя только росло.

Возьмем, например, ступню Арди. У всех позднейших гоминид, включая Люси, большой палец расположен параллельно другим пальцам, что помогает при ходьбе на двух ногах. У Арди же большой палец сдвинут в сторону (напоминая пальцы рук), как у человекообразных обезьян, – им он помогает хвататься за ветви при лазанье по деревьям.

Тем не менее, в ступне Арди есть маленькая косточка, на латыни называющаяся os perineum и почти не встречающаяся у шимпанзе и горилл, – она делает подошву ступни более жесткой. Лавджой полагает: эта жесткость и позволяла Ar. ramidus прямо передвигаться на двух ногах, используя для отталкивания не пять, а четыре параллельных пальца.

Некоторые особенности строения таза Арди также указывают на то, что мы имеем дело с примитивным приматом, застигнутым в процессе превращения в человека. Человеческий таз претерпел капитальную перестройку, необходимую, чтобы приспособиться к прямохождению – сложному процессу, требующему сохранения равновесия, когда одна нога уже висит в воздухе, а другая еще стоит на земле.

Уже у Люси 3,2 миллиона лет назад тазовые кости стали шире и короче, чтобы увеличились зоны присоединения ягодичных мышц, которые стабилизируют тазобедренный сустав. У шимпанзе, наоборот, таз узкий и длинный – он обеспечивает больше жесткой поддержки при лазанье по деревьям, но заставляет шимпанзе раскачиваться из стороны в сторону при передвижении на двух ногах.

Самец Ar.ramidus уже не добивался самок, сражаясь с другими самцами. Вместо этого он обеспечивал свою избранницу и ее отпрысков богатой жирами и белками пищей, а та взамен хранила ему верность – такая стратегия обеспечивала уверенность в том, что дети, которым самец приносит пищу, именно его дети.

Верхняя часть таза Арди короткая и широкая и обладает рядом других черт, которые в основном встречаются у гоминид, – например, на внутреннем краю таза есть выступ, способствующий устойчивости в процессе прямохождения. Но в то же время на нижней части таза есть места для крепления мощных мышц нижних конечностей, необходимых для эффективного лазанья.

Так ходила ли Арди на двух ногах? Многие ученые просто не могут представить себе, как эта особа могла успешно передвигаться таким способом, особенно учитывая ее оттопыренные большие пальцы ног. «Такой ступни у прямоходящего создания быть не может! – уверяет Уильям Джангерс, эволюционный морфолог из Университета Стони-Брук. – У Арди один из самых далеко отставленных в сторону больших пальцев, какие только можно вообразить!» С какой стати, спрашивает Джангерс, живое существо, идеально приспособленное к передвижению на четырех конечностях по деревьям, вдруг предпочтет ходить 
на двух по земле? У Лавджоя уже есть ответ и на этот вопрос, и довольно смелый: все дело в сексе.

Человека сделала забота. Ключевое место в теории Лавджоя занимают... клыки. Дело в том, что самцы практически всех видов человекообразных обезьян вооружены большими острыми клыками, которые используются как эффективное оружие в борьбе за самок, однако у самцов гоминидов клыки куда скромнее в размерах.

В Среднем Аваше, в слое, содержащем остатки Ar. ramidus, были найдены клыки, принадлежавшие 21 особи – по-видимому, и самцам, и самкам. На каждом из них присутствуют характерные для гоминид следы стачивания. По мнению Лавджоя, это означает, что самец Ar. ramidus уже не добивался самок, сражаясь с другими самцами. Вместо этого он обеспечивал свою избранницу и ее отпрысков богатой жирами и белками пищей, а та взамен хранила ему верность – такая репродуктивная стратегия обеспечивала уверенность в том, что дети, которых самец обеспечивает пищей, именно его дети.

Но для этого нужно было, чтобы руки самца не были задействованы в передвижении – ведь надо было как-то донести найденную пищу до самки. То есть прямохождение для самцов Ar. ramidus было весьма неудобно, однако благодаря схеме «верность и любовь в обмен на продовольствие» те, кто усерднее перемещался на двух конечностях, приносили больше еды – и обзаводились большим числом отпрысков. Таким образом, особо способные к прямохождению (а заодно и самые заботливые) самцы одерживали победу в эволюционном состязании. Получается, что, если верить Лавджою, из обезьяны человека сделали любовь и забота.

Впрочем, теория Лавджоя – далеко не единственное, что дала науке Арди. Также она неожиданно далеко отодвинула нас от горилл и шимпанзе.

Дело в том, что более века ученые считали: чем дальше мы будем углубляться в эволюцию человека, тем более наши предки должны походить на наших ближайших ныне живущих родственников, шимпанзе. Арди, возраст которой 4,4 миллиона лет, более чем на миллион лет старше знаменитой Люси, не похожа на нее – но не похожа и на шимпанзе. Она обладает причудливым набором и очень примитивных черт, свойственных низшим обезьянам, и черт, присущих только ведущей к нам линии гоминид.

Возьмем, например, удивительную руку Арди. У нынешних африканских человекообразных обезьян длинные пальцы и ладони, приспособленные для лазанья, и сильные, жесткие суставы кистей, необходимые для того, чтобы можно было всем весом опираться на костяшки при передвижении по земле. Такой манерой ходить отличаются и шимпанзе, и гориллы, которые отделились от нашей генеалогической линии еще раньше, и потому издавна было принято полагать: на пути к прямохождению эта примитивная черта была свойственна и нашим предкам.

Однако рука Арди полностью опровергает данную идею. Хотя пальцы у нее длинные, зато ладонь короткая и очень гибкая. Это могло позволять ей, скорее подобно низшей обезьяне, чем любой из нынешних человекообразных, при передвижении хвататься за ветки, находящиеся высоко над головой.

В сочетании с другими очень примитивными чертами Ar. ramidus «мартышкина рука» очень важна для понимания нашего происхождения. Если ученые, открывшие Арди, правы, значит, наши предки на пути к прямохождению никогда не проходили стадию «походки шимпанзе», мы всегда шли «своим путем». В противном случае получалось бы, что мы приобрели свойственный шимпанзе набор черт на очень ранней стадии развития, а затем полностью утратили его и вернулись к примитивному состоянию к тому моменту, когда жил Ar. ramidus, что крайне маловероятно.

Принимая во внимание весь набор чрезвычайно примитивных черт Ar. ramidus, некоторые исследователи даже утверждают: на самом деле это никакой не гоминид, то есть вовсе не наш предок. Так, Терри Харрисон из Нью-Йоркского университета напоминает: в то время существовало великое множество разнообразных человекообразных обезьян. «Возможно, это одна из тех обезьян, которых тогда было полным-полно, а не предок Homo», – говорит Харрисон.

В ответ Лавджой указывает на два с лишним десятка характерных черт, роднящих Ar. ramidus исключительно с позднейшими гоминидами. Если Харрисон прав, то выходит, что все эти особенности совершенно случайно сошлись вместе в одной вымершей обезьяне, которая не имеет к нам никакого отношения.

Самое удивительное – всего лишь через 200 тысяч лет в том же регионе, где жила Арди, появились австралопитеки – существа, передвигавшиеся исключительно на двух ногах, как и все последующие гоминиды. Претерпел ли примитивный Ar. ramidus со скошенным большим пальцем ноги за эти 200 тысяч лет некие очень быстрые изменения и стал ли предком всех последующих гоминид? Или же он был реликтовым видом, вымершим и унесшим причудливую мозаику примитивных и прогрессивных черт в небытие? «Учитывая состояние, в котором пребывали кости Арди на момент обнаружения, то, что сделали ее исследователи, можно назвать подвигом, – говорит Уильям Джангерс. – Но это еще только самое начало истории».




Метки:



Комментарии:



Поиск по сайту
Комментарии
Архивы
© 2016   ОПТИМИСТ   //  Вверх   //