Ликвидаторы

Приглашаем подписаться на наш Telegram канал @VerrDi (https://t.me/VerrDi)


Они - как раковая опухоль и профессиональная неизбежность.

Проникали в разведку в любую эпоху, предавали своих, не щадили верных агентов. Как правило, их жизнь заканчивалась преждевременным уходом - выстрелом ли в голову, катастрофой, кончиной от неведомых болезней или от пьянства. Всегда, даже в далеких краях и под чужими именами, жили под охраной новых хозяев в вечном и совсем не беспочвенном страхе.

Человек без имени и без жалости

Меня свели с ним в конце осени 1998-го. Я просил, настаивал, и старый друг мой А.Н., наверное, нарушая какие-то принципы, лишь предупредил: "Не лезь только с именами и странами и, не дай бог, оперативными эпизодами. И давай без этих твоих диктофонов".

Тихое кафе в те месяцы грянувшего кризиса-98 было пустынно. Я сразу узнал его. Аккуратно одетый совсем немолодой человек лет за 75, но с какой-то такой бьющей уверенностью и рукопожатием железным.

- Вы от Саши? - спросил я.

- Я к Коле, - усмехнулся Он.

А Он был ликвидатором. И я хотел узнать, как это? Учили и можно ли научить? Давали задание? Как искали и выходили на предателей? И как карали - ведь бывшие свои?

Он отмел мои сантименты сразу. Был в специальной группе, уничтожавшей предателей, перебежчиков, агентов, которые предавали.

- После 1945-го таких развелось немало. Успел два года прослужить во фронтовой разведке. Языков брали, и вообще... Потом обучили некоторым методам устранения. Хорошо знал один европейский язык. Жил нелегалом в Европе. Давали задание на устранение, и мы выполняли.

- Кто "мы"? - не понял я.

- Парами, парами работали, - пояснил Oн.

- И кто с вами в паре?

Он вдруг тяжело вздохнул:

- Жена моя, Царство ей небесное.

- Ее убили во время задания?

Он опять вздохнул:

- Нет, скончалась недавно. Обычно стреляла она.

- Как?

- Как? - он задумался. - Всегда с первого выстрела. Пусть и по-женски, но точно. И неожиданно. Есть специфические девичьи приемы.

- Не понял.

- А не надо понимать. Разве ваш друг не предупредил: без расспросов?

- И много предателей вы вдвоем уничтожили?

- Нам работы хватало. После войны столько нечисти развелось.

- Это называлось "чистильщик"?



- Чистильщики ботинки чистят, - обиделся он. - Мы - ликвидаторы. Работали несколько пар. Молодыми были, жена еще моложе, чем я. Обычно старались так, чтобы тело не отыскали. Или нашли не сразу.

- Вы из внешней разведки?

- Нет, конечно. У них тоже было свое, у нас - свое. Тут никакой политики, Сталина - Берии и культа личности. Уничтожали сбежавших, бывших своих. Я на просьбу рассказать согласился, потому что друг ваш - человек очень хороший. Но и хватит. Тем более лет через семь-восемь после войны группы наши расформировали. И мы с женой освоили мирные профессии, - Он опять усмехнулся.

- Чем-то награждены?

- В войну получил больше. Но скоро ухожу. Болею, - пояснил он. - С пионерами не встречался, в советах ветеранов не состою, второй раз в жизни рассказываю. И в последний, - вздохнул он. И вдруг спросил так, как спрашивают только профессиональные переводчики: - У вас первый язык - какой?

- Английский.

- У жены - тоже. А у меня - другой, - и тут Он не выдал подробностей.

Мы расстались. Позже мой друг А. Н. рассказал, что болезнь Ликвидатора была неизлечима. Когда я решился все же спросить о званиях и наградах Ликвидатора, А. Н. пояснил, что был он в те послевоенные годы, кажется, старшим лейтенантом или капитаном.

Первый предатель

Считается, будто первым предателем из разведки стал один из удачливых сотрудников ИНО отдела ОГПУ Георгий Агабеков. Прихватив кассу нелегальной резидентуры в Стамбуле, обратился в 1929 году к англичанам с просьбой о политическом убежище. Говорят, это только теперь предатели выдают себя за борцов с режимом. Ничего подобного. Оправдание старо, как сам мир разведки. Агабеков выступал разоблачителем советской власти, писал книги, где раскрывал всех разведчиков и агентов поголовно. Охота за ним шла больше восьми - девяти лет. Его пыталась уничтожить группа разведчика Якова Серебрянского, имевшая право проводить операции по уничтожению на чужой территории. Гонялись за Агабековым по всей Европе, расставляли хитрые ловушки, но больно был он хитер, да и везуч. И все же был убит в 1938-м во Франции советским нелегалом. Использовали тягу приговоренного к расстрелу Агабекова к деньгам, и тот пришел на какую-то квартиру. Бытует теория, что тело сбросили в пропасть. И это неправда.

А первым на путь предательства встал в 1924-м бывший кадровый офицер Андрей Смирнов, долго проживший на нелегальном положении в Финляндии. После расстрела в СССР своего брата объявил себя политическим беженцем. И на него, к смерти приговоренного, шла охота. Но Смирнов понял, что в Европе обречен, и рванул в Бразилию. Существует две версии. Первая: умер собственной смертью. Вторая: был и там найден, уничтожен.

Первая ликвидация

Если попытаться выстраивать некую хронологию предательств, то первым уничтоженным перебежчиком был разведчик Владимир Нестерович, получивший в Гражданскую войну высшую тогда награду - орден Красного Знамени. На человека верующего, бывшего офицера, ставшего сотрудником легальной разведки, тяжелое впечатление произвели гонения на Церковь, уничтожение храмов. И Нестерович, работавший в Европе, попросил в 1925-м убежища во Франции, пообещав при этом выдать важную информацию. Летом этого же года, если верить некоторым источникам, Нестерович отравился пивом. Если внести уточнение, то немцы-коммунисты - советские агенты подсыпали в пенный напиток яд.

Приговор приведен в исполнение

Трудно писать о моральной стороне ликвидации. Да, безвестные люди приводили в исполнение приговоры, вынесенные предателям в Москве. Методы самые разные. Но убивали предателей по приговору, вынесенному дома. Месть за выданных своих виделась возмездием, чаще всего неизбежным. Иногда ликвидация проводилась нарочито, чуть не напоказ. Бывало, что за перешедшими на чужую сторону устраивали тайную охоту. Так где-то поблизости от Лозанны был уничтожен в 1937-м опытнейший разведчик-нелегал Игнатий Порецкий - Рейсс. Несогласный с политикой Сталина, он публично объявил о разрыве с разведкой. Чуть позже такой же шаг - полный разрыв с Советами - предпринял не менее ценный нелегал Вальтер Кривицкий. От смерти подальше он перебрался в США, где в 1941-м был найден убитым выстрелом в голову в номере гостиницы. Так что за самоубийство, как пытались, эту смерть выдать трудно.

Как сейчас с возмездием?

Ликвидаторов больше нет ни в Службе внешней разведки, ни в Главном разведывательном управлении. А предателей хватает. Последний случай - полковник Потеев, выдавший десятерых российских нелегалов американцам, получил 25 лет. Надеяться, будто мерзавца, сбежавшего в США, засадят за решетку, наивно. Что будет? Разведка не тот вид человеческой деятельности, где ценится торопливость. Жил до недавних пор в США другой предатель Третьяков. Неожиданно автор книги о собственных предательских деяниях в 53 года подавился куском мяса. Перебежчик Торопов, выдававший своих в Канаде, вдруг умер в своей ванне: то ли удар током, то ли еще что-то...

Потеев (третий слева) служил в Афганистане. Выдал десятерых нелегалов и рванул в США.

Иное время - иные песни. Ожесточение противостояния двух систем все же кануло в Лету. Ненависть к предателям осталась. Их охраняют, берегут, им меняют внешность и фамилии. Сколько же зла они принесли, и не только людям, которых предали. "Черная метка" - и на их родственниках, окружающих, сослуживцах, наказанных за отсутствие бдительности. Мучают ли предателей угрызения совести? Вряд ли. Как может мучить то, чего нет. Но вот страх наверняка не уходит. Он с ними навечно. И не зря.








Комментарии:



Поиск по сайту
Архивы
© 2017   ОПТИМИСТ   //  Вверх   //