Как снимают русское кино XXX. Часть 10

Приглашаем подписаться на наш Telegram канал @VerrDi (https://t.me/VerrDi)



89.
Теплый летний вечерок, сидим с Антохой и Русланом в летней кафешке, пьем пиво под шашлычок. Зашла речь о том, что многие летом уезжают из Москвы — кто по курортам, кто по дачам, лишь бы подальше от раскаленного асфальта, тяжелого воздуха и постоянного шума.

Хотя меня, выросшего в деревне, это почему-то нисколько не напрягает, в отличие от этих изнеженных москвичей.

Так давайте тоже куда-нибудь рванем, говорит Антоха. В Турцию, например. Или в Египет, там план дешевый. Или на Черное море хотя бы.

Не, говорю, у меня загранпаспорта нет. А на море тогда уж Азовское лучше, там хоть пляжи посвободнее да вода почище. Вообще, зачем нам море? Поедем лучше на Волгу.

Прикинули, что к чему, взвесили все за и против, и решили — поедем в город на Волге, где я прожил несколько лет и сейчас периодически зависаю. Удобно — и не глушь, и не мегаполис, пляж, речка — есть. Где что взять я знаю, куда сходить и с кем зависнуть — тоже.

За обсуждением чекушку еще распили.

Руслан спьянел, — телок тамошних потрахаем.

Хотите, говорю, потрахаем, а лучше давайте приятное с полезным совместим, — и покуражимся, и поработаем. Пить да спать тоже, знаете ли, не ахти какой отдых.

Встал вопрос, каким составом ехать. С одной стороны, если будем снимать, то желательно всей джаз-бандой. С другой — малым составом сподручнее. Верку брать не вариант, с ней не потусишь, да и сама не поедет. Вован наш кореш, конечно, но у него есть существенный минус, — после трех стопок из него лезет всякое быдляческое говно. А звук — не проблема, если не получится сразу записать, то потом наложим, как вернемся. Пара человек, что на подхвате у нас — не такие уж и близкие и необходимые, без них обойдемся.

Может, говорит Антоха, Вадика возьмем, ебаря нашего. Нормальный чувак, компанейский. Актеры же по-любому нужны.

Не, говорю, там найдем. У меня лежат на почте пара писем из тех мест, так что только моделей искать.

С моделями все просто — за неделю до отъезда бросили клич на адалт-форуме, благо, что их немерено, в каждом городе свой. Никто работать не хочет, все порнозвездами стать хотят.

Оборудование решили брать по минимуму, сколько в багажник джипа влезет, не более.

Короче, через неделю, пыхнув на дорожку, мчались на всех парусах в мои родные края.

Никому о приезде своем не сообщил, ибо можно сразу же загулять и о деле забыть напрочь. Успеем куражнуться.

В гостиницу решили не ехать, — все равно квартиру для съемок снимать. Снятие квартиры для снятия порно.

Нашли трехкомнатную хату на том же районе, где я обитал и где каждую тропинку знаю.

Обосновались, выпили винца немножко, погуляли по окрестностям и спать. Следующий день решили посвятить рекрутменту.

Встречи претенденткам назначали в летнем кафе. Тело, конечно, там не посмотришь, но глаз у нас уже наметан, и в одежде всю подноготную видим.

Заняли столик на отшибе и весь день там протусили, принимая по кандидатке каждые полчаса. Где-то на пятом интервью мне уже наскучило это занятие, и я немного прогулялся.

На каком-то развале купил тетрис, решив вспомнить детство. Вернулся в кафе, засел чуть поодаль от нашего места дислокации и сижу, играю, попивая кофеек.

И только я пошел на рекорд, как вдруг подходит девушка и, ни слова не говоря, лезет под столик и тянет лапы к моей ширинке.

Ты че, курва, охуела, — говорю негромко, чтоб внимания не привлекать. За ухо ее при этом взял и вытащил на свет божий.

Нахалка, и глазом не моргнув, говорит, — да расслабься, давай я тебе отсосу.

Такие вот девушки пошли, представляете.

Смотрю на корешей — ржут, гады.

Иди к дядям, говорю.

Оказывается, они спросили претендентку, какой безбашенный поступок она совершала. Та им в ответ, — сделала минет своему парню под столиком в кафе. Они ей, — а повторить сможешь. Она, — да влегкую, хоть у обоих. Они, — не нам, вон чел сидит, видишь? Она, — думаете, слабо? И пошла брать меня в оборот.

Вот сволочи, думаю, рекорд сорвался.

Кстати, эту наглую морду мы взяли. Она даже после съемок оставалась, ее чуваки в два смычка перли.

Под вечер бармен мне говорит тихонько, — мы с официантками тут поспорили, вы ведь собеседования проводите, что за работа?

Да мы это, говорю, для порнухи актрис подбираем.

Понятно, смеется, секрет, значит.

Говоришь правду людям — не верят. А когда врешь безбожно — принимают все за чистую монету.

Потом дня три снимали, но не очень усиленно, оставляя себе время на пляж и кабаки.

Сам процесс съемок описывать вряд ли стоит, — все прошло как обычно, ничего выдающегося не произошло.

И артисты провинциальные ничем от столичных не отличались. Только вопросами замучили, как можно в Москву попасть. На это, честно говоря, ответа у нас не имеется.

А затем несколько дней предавались веселью в компании моих местных закадык. Эти дни я плоховато помню, ибо вкидывание в организм всякого зла происходило круглыми сутками.

Хотя один эпизод припоминаю.

Приехали в ночной клуб. Я давно в клубах не бывал, отвык уже. В Москве так и вообще ни разу не посещал, — тошнит меня от пафоса и псевдогламурности публики в московских клубах.

Так вот, крутилась вокруг меня полночи какая-то кобыла. И так, и сяк вьется, — то жопой на танцполе ко мне прижмется, то у стойки подсядет напротив и зенки строит, то на белый танец пригласит. Я ноль внимания, — а зачем она мне? Я все эти клубные интрижки насквозь вижу, мне они не интересны.

Под утро все пьяницы разъехались, на танцполе одни наркоманы остались. Сижу за столиком, сочок потягиваю, на танцоров смотрю.

Подруливает эта мадам, садится рядом, и с ходу, — скажи мне честно, ты голубой?

От растерянности я даже грубость не успел придумать. Нет, говорю, а что?

Ну, тогда я не пойму, что с тобой не так. Почему ты на меня не реагируешь?

А что, должен?

Может, ты в клубах первый раз? Тут так принято, — угостил коктейлем, потанцевали, поехали к тебе.

Зачем?

Ты колхозник, что ли, какой, — барышня нервничает уже, — мы же молоды душой и телом, надо ублажать обе субстанции, брать от жизни все.

Послушай, говорю, субстанция. Я работаю режиссером порно, и таких, как ты у меня — хоть жопой ешь. И за коктейли пусть тебя кто-нибудь другой ебет.

Импотент чертов, — вскакивает, стартует к выходу.

Оборачивается, добавляет, — и пиздобол.

Неудачная ночь у девушки, вероятно.

Короче говоря, поездка удалась на славу, надо почаще такие устраивать.
90.



В конце дня делали небольшой разбор полетов.

Актер, сыгравший роль вуайериста-рукоблуда, говорит, — господи, как стыдно-то, мне ведь вообще дрочить западло, тем более прилюдно.

Кто-то ему ответил, — ты что, дурачок, какое же это западло?

И завязался разговор об онанизме, о том, какая это полезная и выгодная штука и что дрочат все. А также все разоткровенничались, кто как часто, где и как.

Создалось ощущение, что все только и мастурбируют, причем всюду.

Вован поведал, что каждое его утро начинается с сеанса, не вставая с постели. А сливает в специальный дежурный стаканчик на прикроватной тумбочке. Модель похвасталась, как на свадьбе, будучи свидетельницей, теребила секель под столом. Актер рассказал, что как-то успел передернуть затвор, поднимаясь в лифте на шестнадцатый этаж.

Все наперебой делятся залихватскими историями о своих онанистских подвигах.

А помните Ненасытного, говорит Антоха, и все заржали.

Это я дал Ненасытному такую погонялу. Это был какой-то нимфоман, сколько ни трахался — все мало ему. Пару раз его заставали за рукоблудием в душе после тяжелого трудового дня, когда некоторые артисты жаловались, что у них члены вот-вот отвалятся. У Ненасытного было две особенности. Первая — во время секса он не контролировал мимику лица, особенно в момент оргазма, и это было невероятно смешно. Вторая — его чрезмерная обидчивость. Безобидные шутки в свой адрес он воспринимал как унижения. В конце концов покинул нас с апломбом, мол, не цените вы меня, издеваетесь, поэтому ухожу.

Кто-то из артистов Верку спросил, — а тебе, мол, нечем похвастаться?

Та огрызнулась, — тебя, дескать, это никак не должно волновать.

Нечего, типа, субординацию нарушать такими вопросами.

Что, смеюсь, Вера Павловна, за живое, что ли, задели?

Сам-то, говорит, частенько поди с Дуняшей зажигаешь?

Ну так, говорю, бывает иногда.

А сам сижу и чувствую себя чужим в этом кружке онанистов. Когда последний раз дрочил — и не припомню уже. Не нравится мне, честно говоря, это как массаж самому себе делать — ощущения не те.

Хотя, очень удобная штука, особенно в современных мегаполисах, где люди порою горят на работе и им не до секса. Чем, например, после работы ехать на другой конец Москвы, чтоб кинуть палку, — куда проще вздрочнуть за пару минут и успокоиться.
91.

Еду как-то раз в электричке немного поддатый. Ночь почти уже, вагон пустой. За пару минут до моего выхода напротив садится барышня, малость шалавистого вида.

Чего надо ей, думаю, вон мест сколько.

С минуту разглядываю ее внаглую, — а чего стесняться, сама подсела. Она в ответ глазками стреляет, видать, соблазнить хочет.

По ходу, думаю, кунка чешется. Но ебать тебя, дорогуша, вряд ли буду, хоть ты и похожа на актрису какую-то. На Екатерину Редникову, что ли.

Перед самым выходом говорю, — девушка, хотите сняться в порно?

Та кокетливо, — хочу.

Давайте, говорю, координаты свои, позвоню скоро.

Достает блокнот из сумочки, вырывает листок, пишет имя, телефон и метро — Беговая.

Проститутка, что ли, думаю, зачем метро-то мне знать?

Ну, бывай, говорю, чава-какава.

Конечно, не собирался вовсе приглашать ее, слишком уж мутная какая-то. Вообще с малознакомыми стараюсь не связываться, мало ли. Знакомые-то порою такие финты выдают, что диву даешься, а от неизвестных личностей и вовсе чего угодно можно ожидать.

Я вообще сразу же забыл про нее, только вот листок не выкинул.

Дня через три волею судьбы оказался на Беговой, в одиночестве и жаждущий общения.

Случилось это так.

После одной встречи на Сходне иду не спеша до метро, прогуливаюсь. Подрезает меня лексус, прямо на тротуар заехал.

Что за наглец, думаю, не иначе как хулиган.

Высовывается знакомая белобрысая башка, — садись, Глеб, подвезу.

Актер мой бывший, ускорен не на шутку.

Да ты никак в хламину, приятель, говорю.

Лыбится до ушей, — не то слово, сейчас и тебя убьем. Куда идешь-то?

До метро, отвечаю.

Сажусь, стартует в другую сторону, — до Полежаевской доедем, подгон тебе небольшой сделаю.

Пока едем, чешет мне за жизнь свою, что у него все в шоколаде, клубы-шмубы, не жизнь, а малина. Но чем занимается — не говорит.

На Полежаевской останавливается в каком-то незнакомом мне дворе, — Глеб, не впадлу, три минуты подожди, я отъеду.

Давай, говорю, только в натуре там не отъедь.

Через несколько минут подлетает, забирает меня и локализуемся в другом дворе.

Достает из кармана пузырек из-под аскорбинок, открывает — полная ешек. Понятно, думаю, откуда лексус и сладкая жизнь.

Отсыпает пять штук, протягивает мне, — помнишь, ты мне фен давал занюхать, когда у меня хер не стоял? А я добро умею помнить.

Недолго думаю, тут же закидываю колесо.

Потом взяли по пиву, посидели на лавочке, повспоминали былое. Не успели допить, ему звонят, — срочно куда-то.

Давай до метро подброшу, говорит.

Да ладно, прогуляюсь. От души, бывай.

А домой мне уже и не хочется. Мне нужно свежее ухо, чтоб излить в него поток бессмысленной информации, которой у меня в избытке под скоростями.

Нахожу в кармане листок с номером и, недолго думая, звоню барышне. Она зависает дома, скучает, и с удовольствием принимает приглашение погулять с незнакомым человеком.

Часа три нарезали мы с ней круги по району, — на месте сидеть я просто не мог, и вели беседы ни о чем. В основном это были мои монологи, — я, как обычно, начал задвигать телеги на всякие заумные темы.

В этот раз она не производила впечатление шалавы, — и одета не столь вызывающе, и макияж попроще, и манеры поскромнее.

Заканчиваем прогулку, подходим к дому. На чай не приглашает, я и не намекаю.

А зачем, спрашиваю, в электричке ко мне подсела?

Я, говорит, психологию изучаю, НЛП там всякие. Иногда тренируюсь на людях разным приемам психологическим. А тебе тогда удочку закинула как бы, чтоб посмотреть на реакцию.

Какие бесхитростные эксперименты.

Я тебя раскусила, говорит, ты — пикапер.

Какой интересный поворот однако.

Это почему же ты так решила?

Ну, во-первых, за всю прогулку ты не пытался меня поцеловать и даже не взял за руку. Это один из основных приемов пикапа — показное безразличие.

А во-вторых?

Ты спросил меня, не желаю ли я сняться в порно. Понятно же, что это способ завязать разговор. Вроде как оригинальный способ, ломает установки, но на самом деле именно такие фразы и выдают пикаперов.

А что, я не похож разве на порнорежиссера?

Посмотри на себя, — смеется, ну какой ты режиссер?

А пикаперов не любишь, значит?

Ну, среди них тоже бывают хорошие люди.

Если несколько минут назад я еще готов был раскрыть карты, то теперь точно передумал.

На этой милой ноте мы и расстались, договорившись созвониться. Но, едва завернув за угол, я выбросил листок. Потом, правда, пожалел немного, — все-таки с ней прикольно было потрещать, можно было б еще разок встретиться.
92.

Работали в стахановском режиме неделю, снимали каждый день по ролику, а то и два-три, в тот же день монтировали и озвучивали. Теперь месяц будем дурака валять. Правило Парето, хули, — 20 % усилий дают 80 % результата. В этом смысле мне нравится русская пословица — «день год кормит».

Хорошо поработали, можно и отметить. Небольшой фуршетик, нарезки-шампанское, веселые усталые улыбки. Особенно у моделей, которым больше всего приходилось сосать, какие-то своеобразные натянутые улыбки, заметно, что мышцы рта подустали.

Я произнес подобие тоста, выпил два фужера и решил сходить похезать, а потом в душ. Пока отсутствовал, нахальные артисты сгоняли за водкой с молчаливого согласия съемочного состава. И буквально за несколько минут нажрались, поганцы. И друзья мои, смотрю, поддали, даже не пьющая водку Верка. Раскраснелась, глаза соловые, улыбка шальная.

Пора, думаю, валить отседова. Не люблю общество пьяных людей. А работники порноиндустрии в плане отвратительности своего пьяного состояния ничем не отличаются от остального населения.

Последнее, что заметил перед уходом, — актер точит бутер, у него на шее висит пьяная модель и лезет целоваться со словами, — Андрей, я тебя так люблю, у тебя такой вкусный член. Он отмахивается, — уйди, дура, не видишь — я ем.
93.

У артистки случился спазм во влагалище. Не знаю, как по-научному называется это явление, но уверен, что как-то называется.

В тот момент, когда надо было менять позицию, пизду заклинило. Член, который только что был как карандаш в стакане, вдруг застопорился.

Ну че ты, блядь, заснул, что ли, говорю. И Антохе, — выключай, прозевали момент.

Артист в недоумении, — да никак что-то.

Модель стоит раком, поворачивает голову, — ну че там?

Но, видать, несильный был спазм, член обмяк и парень выковырил его пальцами.

Пытались проанализировать ЧП, — ни к чему не пришли, все в непонятках, и хозяйка манды тоже. Жмет плечами, — не знаю, мол, в первый раз такое.

Все начали вспоминать, кто что слышал за подобное.

Кто-то рассказал историю, которую я уже где-то слышал.

Молодые люди в отсутствие родителей занимались сексом у девушки дома. Но внезапно зазвонил телефон, ее стрессануло, что сказалось на промежности. Член оказался зажат мертвой хваткой. И так, и сяк пытались, — никак. И вот уже в дверь звонят родители, — своих ключей у них почему-то не было.

Деваться некуда, — встали с лежбища, накинули одеяло и доковыляли до двери. Родители прихуели малость, — дверь им открыли сиамские близнецы. А они были интеллигентами, и когда папаша сорвал одеяло, обоих чуть инфаркт не хватил.

Стали вместе думать над проблемой. Налили дочери вина, чтоб расслабилось тело, — без толку. Поливали холодной водой, — ничего.

Хорошо, что у отца дружище-медик был. Приехал, понадавливал на какие-то точки в паху, рассоединил молодых, поржал и уехал. Влюбленные, конечно, наслушались всякого, дочь даже пару лещей схватила от матери. А юноша больше в этом доме не появлялся, он вообще девушку разлюбил и бросил.

Вот и с нашей дамой никто не хотел больше связываться. Потом начали все же, куда деваться. Сперва с опаской, потом и вовсе расслабились. Но эксцесс впредь не повторялся.

В журнале каком-то читал схожую историю про незадачливых любовников. Они были любители пирсинга, у нее — на языке, у него — в уздечке члена. И во время ротовой любви железо неведомым образом заклинило, причем намертво. В Америке это вроде было. Потужились маленько, и позвонили 911. Приехали спасатели, поржали от души, потом почесали головы и решили везти горемык в клинику, где все нужные инструменты.

До машины и от нее путь был труден, — чел боком, девушка за ним гусиным шагом. Спасатели прикрывали собой от посторонних глаз, но народ все равно собирался. Рот не закрывается, дышать тяжело, слюни на землю капают, чел еще ссать захотел нестерпимо. Я б хотел на это глянуть.

И даже после этого случая с железками не расстались, — предпочли от минета отказаться.

А еще я вспомнил, как рос жестоким ребенком и бросал камни в ебущихся собак. От страха у сучки случался спазм, псы слипались, пытаясь при этом разбежаться в разные стороны. Это казалось очень смешным.
94.

Поступила директива от заказчика — в новом ролике (девушка и два парня) один из трахарей должен стонать. А в момент оргазма, кончая барышне в лицо, и вовсе что-то проорать интересное. Язык неважен, хоть русский, хоть английский, хоть суахили какое.

Отношение к мужским стонам у меня крайне негативное, я считаю их наигранными и ничуть не эротичными. Но — кто заказывает музыку, тот и танцует, не гомосятину заказали, и то хорошо.

Я полез однажды в залупу, из-за чего чуть партнерство не прекратилось. Руслану пришлось попотеть, чтоб дельцы смирились с моей строптивостью. Я отказался снимать женские пальцы в мужской жопе. Мне же потом это дерьмо сниться будет в кошмарах. Ограничились риммингом, который я тоже не приветствую. Когда телка лижет другой очко — это хорошо, когда мужик бабе — терпимо (хотя вид лижущего мужика — зрелище на любителя), но когда наоборот — уж увольте. Для кого такие моменты делаются — ума не приложу.

Решили плясать от печки, так сказать, и с конечной фразой пока не заморачиваться. Прикинули, как быть со стонами. Глупость, я ебу. Но по ходу у датчан (или чухонцев — не помню, для кого предназначалось) тренд такой пошел. Европа давно уж сбрендила на почве разврата. Ну и флаг им в руки, мое дело — их сеансы дрочки красочнее делать.

Актера два. Порепетировали с обоими, — не могут, поганцы, стонать эротично. Вспоминаю, что Вован, трахая моделей, постанывал иногда, он парень без комплексов. Но тут заартачился. Чуть до ссоры не дошло. Ты за звук отвечаешь, говорю, вот и обеспечь нам его. Верке же не западло озвучивать, хотя это не ее работа.

Но уперся как бык рогами и ни в какую. Ладно, думаю, хрен с тобой, все равно в отместку лажать будешь.

С грехом пополам сняли все-таки. Дублей, конечно, сделали немерено. Все равно получилось, на мой взгляд, плоходрочибельное говно.

Но самое интересное ждало нас в конце. Непосредственно эякуляцию снимали уже на следующий день, а остаток вечера посвятили мозговому штурму.

Стали придумывать фразу. От «фак, фак», «о май гат», «о ес бейби» и прочих избитостей сразу решили отказаться. Ролик был без слов, поэтому какой язык будет — непринципиально. Кто-то предложил придумать абракадабру, преподнеся ее каким-нибудь малоизвестным африканским наречием. Сошлись во мнении, что надо по-русски.

Артистка вспомнила, как ее бывший парень кончил однажды с криком, — «Я люблю тебя, жизнь!», чем немало ее удивил. Как вариант решили оставить.

Кто-то предложил обратиться за консультацией к рычащему зверю Никите Джигурде, уж он-то по-любому выдает перлы в постели.

Пошли версии, одна другой смешнее. «Целься! Огонь! Пли!», «На тебе, сука!», «За Родину, за Сталина, ура!», «Получай, фашистская морда!», «Вот тебе падла, кузькина мать!», «Глотай, блядина!» и т.д.

Я бы каждую из этих фраз оставил. Прикольно же — европейцы все равно не поймут ничего, а русские на чужбине порадуются.

Согласно какому-то исследованию, большой процент мужчин, мастурбирующих под порно, стараются кончить одновременно с героем кино. Очередная дурость, конечно, ну да ладно, — каждый дрочит как хочет. Представьте, рукоблудит зритель привычно, и только настроился кончать, как слышит смешную фразу. Я бы обломался, наверно.

В итоге актер проорал, — «Как же мне, блядь, охуенно!».

С одного дубля сняли, но едва камеру выключили, как раздался ржач гомерический. Потом подумал, — не надо было камеру выключать, потом этот веселый момент в нарезку какую-нибудь вставили.








Комментарии:



Поиск по сайту
Архивы
© 2017   ОПТИМИСТ   //  Вверх   //